Что можно приготовить из кальмаров: быстро и вкусно

Камиллу Паркер-Боулз, ныне герцогиню Корнуольскую, долгое время воспринимали лишь как разрушительницу семейного очага старшего сына Елизаветы и мучительницу всеми обожаемой принцессы Дианы. А самого Чарльза считали бессердечным изменщиком. И только теперь, когда прошло 15 лет со дня гибели леди Ди и страсти немного улеглись, стало ясно, что на самом деле эта история была не такой однозначной, как казалось раньше.

Камилла познакомилась с Чарльзом еще в 1970-м. Или, точнее, их свела бывшая подружка Чарльза. Красавице Люсии Санта Крус, дочке чилийского посла в Лондоне, к тому моменту успело немного наскучить общество принца Уэльского, тогда еще студента Кембриджа. С одной стороны, недостатка в кавалерах Люсия не ощущала, а с другой – было ясно, что наследный принц на ней не женится. Поэтому она подвела к Чарльзу одну из своих светских приятельниц и представила ее: «Это Камилла Шенд, она именно такая девушка, которая тебе нужна!»

Принц принял «отставку», что дала ему Люсия, сравнительно легко. Девушек в то время у Чарльза было более чем достаточно. Он следовал советам лорда Маунтбаттена – своего любимого родственника, приходившегося дядей отцу Чарльза. «Пока ты молод и свободен, нужно веселиться по полной, раз влечься как можно с большим количеством красоток. А потом остепениться и взять в жены подходящую девушку, желательно девственницу!» – не раз повторял он племяннику. В итоге Чарльз успел пофлиртовать и с дочкой британского посла в Испании Джорджианой Расселл, и с люксембургской принцессой Мари-Астрид, и с аристократками леди Джейн Уэллесли и леди Трайон и с моделью Фионой Уотсон, и с актрисой Сьюзен Джордж… Так что Чарльз легко переключился на новый роман – с Камиллои Шенд. В то время принц мог предвидеть, что это будет не очередная интрижка, а любовь всей жизни.

Начался роман весьма интригующе, совсем как в романтическом кино. «Знаете, моя прабабка, Элис Кеппел, была любовницей вашего прапрадеда Эдуарда VII. Может, нам с вами тоже стоит попробовать?» – при первой же встрече огорошила принца предложением Камилла. И они попробовали…

Лорд Маунтбаттен всегда претендовал на роль наставника в жизни Чарльза. Заметив, что на этот раз принц увлекся гораздо серьезнее, чем он советовал, и даже подумывает, не жениться ли ему на Камилле, забеспокоился не на шутку. У него были свои планы на будущее наследника. А кроме того, лорд счел мисс Шенд совершенно неподходящей невестой.

С происхождением Камиллы все обстояло неплохо – как-никак по материнской линии она была внучкой лорда Эшкомба. Отец, хотя и не мог считаться аристократом, был весьма состоятельным человеком, принятым при дворе. Зато репутация самой Камиллы, с точки зрения Маунтбаттена, оставляла желать лучшего.

Девушка, выросшая в фамильном особняке, с детства не знала ни в чем отказа. На пятый день рождения Милле – так ее тогда все звали – подарили собственного пони. И ее, еще совсем маленькую, допускали к конной охоте на лис, где вслед за взрослыми девочка неслась напролом через лес на своем верном пони.

Милла обожала охоту. Ей не было еще и 13 лет, когда она получила «боевое крещение». По традиции ей вымазали щеку кровью убитой в тот день лисицы – это было что-то вроде обряда посвящения в охотники. Девочка так гордилась оказанной ей честью, что пришлось применить силу, чтобы заставить ее умыться на следующее утро.

В школе Милла не блистала, но не потому, что была не способна к учебе. В отличие от Дианы, дважды заваливавшей экзамены на аттестат зрелости, она с переменным успехом прошла необходимые испытания. Но все мысли ее были заняты разного рода проделками – вроде затеи тайно вылезать на крышу школы, чтобы покурить. Неудивительно, что одноклассники восхищались лихостью и смелостью Миллы. Мальчики всегда так и роились вокруг Камиллы, хотя в классе были девочки гораздо красивее ее. Но она была самой веселой и самой остроумной, причем от ее рисков ванных шуток часто краснели даже парни. И уже тогда было видно, что у нее просто огненный темперамент.

С невинностью Камилла простилась, когда ей было 17 лет. Сделала это так, что об этом узнали все знакомые. Ее «номером 1» стал 19-летний Кевин Берк, сын авиапромышленника. С ним она познакомилась на Балу дебютанток. С Кевином Камилла открыто разъезжала по Лондону и окрестностям на его ярко желтом «Ягуаре» (она называла шикарное авто не иначе как «яйцо»), не пропуская ни одной вечеринки. Но все кончилось довольно быстро. «Нам было весело, я думал, что у нас – настоящая любовь, но Камилла меня бросила!» – признался уязвленный Кевин, считавший себя настоящим плейбоем. Она встретила блестящего капитана кавалерии, красавца сердцееда Эндрю Паркер-Боулза и серьезно увлеклась – или ей так тогда казалось. Но для Эндрю Камилла стала всего лишь одной из множества его девиц.

Чарльза она встретила как раз в то самое время, когда пыталась забыть об Эндрю. И ей это удалось – Камилла и Чарльз влюбились друг в друга не на шутку.

Обеспокоенный лорд Маунтбаттен напомнил было племяннику главный принцип настоящего мужчины: «Никогда не женись на той, с кем ты уже переспал!» Но внушение не помогло, и он решил действовать хитростью, добившись отзыва Чарльза в продолжительный поход в качестве офицера военно-морского флота.

Когда корабль с принцем на борту отчалил, в игру снова вступил Эндрю Паркер-Боулз Теперь он увидел в Камилле не просто одну из своих «бывших», она была подружкой наследного принца. Девушка стала для него желанной «добычей». Отбить любовницу у Чарльза – это была задача, достойная настоящего ловеласа. Эндрю сделал предложение Камилле, и она согласилась! А что ей оставалось? В конце концов, Эндрю Камилле когда-то нравился, а принц уплыл в дальние страны, он не предлагал ей руку и сердце, он даже не клялся в вечной любви..

Когда Чарльз вернулся из похода и узнал что его подружка готовится к свадьбе, он был потрясен «Мне остается только надеяться, что невыносимая пустота в моей душе со временем заполнится!» – писал принц Маунтбаттену. И тот предложил отличное лекарство для раненого сердца Чарльза: представил принцу свою внучку Аманду Нэтчбулл, которую, как оказалось, втайне давно готовил в невесты наследнику престола. Единственная проблема состояла в том, что Аманда была слишком молода, ей исполнилось всего 17. Чарльз согласился подождать: Камиллу он потерял, и ему было все равно, на ком жениться… Но тут в планы Маунтбаттена вмешалась судьба – он пал жертвой взрыва, устроенного ирландским террористом. И Аманда решила отказать принцу – ведь в том теракте она потеряла не только деда, погибли ее бабушка и младший брат. Теперь мысль о том, чтобы породниться с королевским семейством, вовсе не казалась ей привлекательной.

Чарльзу, на которого постоянно оказывали давление его родители, было просто необходимо жениться. Особенно волновалась королева Елизавета – принцу уже исполнилось 32 года, а у него все еще не было законного наследника. И тут принц вспомнил о 19-летней Диане Спенсер. С младшей дочкой графа Спенсера он был знаком еще с тех пор, когда ухаживал за ее старшей сестрой Сарой. Он сделал Диане предложение – и совершил самую большую ошибку в своей жизни. Говорят, сама Камилла одобрила кандидатуру молоденькой леди Ди.

Утверждают даже, что Чарльз сделал предложение руки и сердца своей невесте в саду, принадлежавшем Паркер-Боулзам. Камилла и Диана были знакомы давно, встречались на приемах и тусовках. Камилле нравилось, что Диана так молода и неопытна. Миссис Паркер-Боулз думала, что юная наивная графиня станет послушной женушкой, за спиной которой можно будет продолжать отношения с Чарльзом.

Сама Милла недолго хранила верность Паркер-Боулзу. Не прошло и пары лет, как ее роман с Чарльзом вспыхнул с новой силой. Он крестил сына Камиллы и Эндрю и с тех пор регулярно бывал в их доме на правах крестного. Вот только вел он себя не как родственник. Нередко приезжал тайком, отсиживаясь на кухне, дожидался, когда гости разъедутся по домам, а законный супруг отправится спать в свою комнату.

Знала ли Диана о романе Чарльза и Камиллы до замужества? Скорее всего, да. Во всяком случае, она была в курсе того, что всего за пару дней до своей свадьбы он сделал миссис Паркер Боулз подарок. Браслет, на котором были выгравированы инициалы его и Камиллы (точнее, первые буквы шуточных прозвищ, придуманных ими друг для друга, – Глэдис и Фред, персонажей из радиошоу 50-х). Да и в письмах к своей мачехе, написанных во времена жениховства Чарльза, Диана упоминала о некой опасной даме, угрожающей ее отношениям с принцем.

Во время телешоу, куда после объявления помолвки пригласили Диану и Чарльза, произошел неприятный инцидент. Ведущий задал вроде бы банальнейший вопрос – любят ли они друг друга? Диана ответила: «Конечно, да!» А вот жених, помолчав, промямлил: «Смотря
в каком смысле вы понимаете слово «любовь» …» Он просто не смог солгать публично. Так, еще не женившись, Чарльз опозорил леди Ди. Она могла бы расторгнуть помолвку. Видимо, это стоило сделать – и для ее, и для его пользы…

В середине 80-х, когда в семье Чарльза и Дианы начались скандалы, все дружно осуждали его и сочувствовали ей. Ведь Диана была такая красивая, яркая, талантливая.

Чарльз в то время никому не нравился, никто не желал замечать ни его страданий, ни того, что и он не был серой посредственностью! Между прочим, Чарльз стал первым за всю историю Англии наследником престола, успешно окончившим Кембридж, где изучал историю и археологию. Принц не без успеха выступал на сцене студенческого театра прекрасно играл на фортепиано и на трубе. А в качестве виолончелиста выступал с симфоническим оркестром. У Чарльза прекрасный голос – звучный бас, он не раз участвовал в хоровых концертах, где исполнялась сложная классическая музыка. А его талант художника, в конце концов, пришлось признать даже самым ярым недоброжелателям. Ведь только литографий, сделанных с пейзажей, написанных акварелью, за последние годы распродали на четыре миллиона фунтов. И все эти средства пошли в благотворительные фонды Чарльза! Благотворительностью он занимался не меньше Дианы, только делал это, не поднимая шума и не приглашая фотографов.

Что же касается его любви к Камилле, то эту страсть не могли остановить никакие препятствия. С любимой он встречался тайком – то в его поместье Хайгроув, которое Диана не любила и где бывала крайне редко, то в доме их общих друзей Ван Катсемов, а то и особняке самой Камиллы – особенно когда муж был в отъезде.

Помимо любви у них было так много общего – оба обожали охоту, сельскую жизнь, классическую музыку. Нередко они вместе рисовали: как оказалось, Камилла то же не лишена таланта.

Они идеально подходили друг к другу – как говорят в Британии, как перец и соль. Кроме того, Камилла умела развеселить меланхолика Чарльза и, главное, всегда и во всем была на его стороне. И он ценил ее поддержку. Ведь с детства Чарльз был обделен любовью родителей – строгий отец считал его «бесхарактерным хлюпиком», а Елизавета не хотела перечить мужу, полагаясь на него в воспитании детей.

А какие письма Камилла писала любимому! Именно их впоследствии нашла леди Ди, что послужило поводом для разрыва ее отношений с Чарльзом. «Мой драгоценный, не мучай себя чувством вины за свою измену Диане. Ты ни в чем не виноват, будь выше ее нападок. Моя любовь будет с тобой вечно…» Камилла называла Диану в своих письмах «смехотворным созданием». А та именовала миссис Паркер Боулз не иначе как «ротвейлером».

Открыто две соперницы столкнулись лишь однажды. На одном из приемов Диана попросила оставить их с Камиллой наедине. «Я знаю все про вас с Чарльзом, не принимайте меня за идиотку!» – кричала Диана. «У вас есть все, в вас влюблены все мужчины планеты. Что вам еще нужно?» – отвечала Камилла. «Мне нужен мой муж, верните мне моего мужа!» – не унималась Диана. Вот только любила ли она Чарльза? Скорее, боролась за свои законные права…

После смерти бывшей супруги Чарльз решился поговорить с матерью о возможной женитьбе на Камилле. К тому времени она тоже развелась со своим мужем. «Я не желаю слышать об этой порочной женщине и тем более иметь с ней дело!» – заявила королева.

На этот раз Чарльзу хватило упорства настоять на своем. Он начал выводить Камиллу в свет как свою постоянную спутницу и даже осмелился целовать ее на публике.

Семь лет спустя Елизавете пришлось признать свое поражение. Она не могла допустить, чтобы наследник компрометировал королевскую семью, демонстрируя всему миру, что живет с любовницей. Королева дала согласие на брак. Через 35 лет, минувших с начала их романа, они наконец-то стали мужем и женой.

Церемонию бракосочетания королева своим вниманием не почтила, но на послесвадебном банкете сказала: «Ну что ж, я рада, что мой сын наконец-то соединился с женщиной, которую он любит!» И в знак своего окончательного примирения с выбором сына в этом году удостоила Камиллу невиданной чести: во время торжеств – празднования своего бриллиантового юбилея – именно жена Чарльза находилась рядом с Елизаветой. И в ландо королевы, и во время парада судов на Темзе, и на юбилейном концерте…

Единственный вопрос, который остается до сих пор нерешенным, – когда Чарльз унаследует трон, станет ли Камилла королевой Великобритании? Пока она решительно отказывается от титула, заявляя, что предпочтет называться консорт-принцессой - исключительно из уважения к памяти принцессы Ди, которая должна была стать настоящей королевой, но, к сожалению, не стала. А что будет дальше, кто знает…

В ночь, когда погибла принцесса Диана, ее заклятая соперница Камилла Паркер Боулз стала «самой ненавистной женщиной Великобритании». Если бы не ее отношения с Чарльзом, Диана не оказалась бы в том тоннеле с другим мужчиной, и не была бы без надлежащей охраны, да и вообще, возможно, никогда бы не развелась с принцем Уэльским… Так считали все, чьи познания в этом запутанном и полном драматизма любовном треугольнике заканчивались на том, что поведала миру Диана Спенсер в серии своих откровенных интервью. Диана была одержима Камиллой. Диана выставила на всеобщее обозрение личную жизнь Чарльза, мстя ему за то, что их брак оказался далеким от ее розовых мечтаний. Диана кинулась в омут новых отношений с мужчиной, с которым была едва знакома. И теперь она погибла, и миллионы ее поклонников и фанатов готовы были заживо сжечь ту, которая наверняка несла персональную ответственность и за все отчаянные безрассудства и мании «принцессы людских сердец», и, главное, - за ее безвременную и нелепую гибель на чужбине в обществе плейбоя.

О смерти Дианы Камилла узнала от Чарльза. Ее разбудил его телефонный звонок в 3:45 ночи, и больше они оба уже не сомкнули глаз до утра. Чарльз был в панике и ему не с кем было обсудить, что делать дальше. Его мать, Елизавета II, находившаяся от него за тонкими стенами замка Балморал, оказалась для принца Уэльского куда дальше, чем Камилла, которая в тот момент была в 500 милях от королевской резиденции, в своем доме Рэй Милл, в Уилтшире. «Боже, что будет с нами дальше?»…

Мертвая принцесса хуже живой

Вопреки распространенной «теории заговора», смерть Дианы была нужна королевскому двору меньше всего. Особенно такая – «мученическая» смерть, которая могла привести к краху всей британской монархии, и которая крайне болезненно ударила по престижу королевского дома – этот репутационный ущерб удалось возместить только спустя 15 лет. Но ужаснее всего было то, что смерть Дианы отбрасывала отношения Чарльза и Камиллы на годы назад.

В 1996 году они только успели вздохнуть свободно. Оба были, наконец-то, разведены, их отношения хотя бы перестали считаться прелюбодеянием. Несмотря на то, что Елизавета II по-прежнему была против брака наследника с разведенной женщиной, да еще и замешенной в скандале с королевским адюльтером, Чарльз дал тогда понять, что его отношения с Камиллой обсуждению не подлежат. По крайней мере, теперь они могли не прятаться. Могли…

Смерть Дианы перечеркнула это не бог весть какое достижение в их отношениях. Уже на следующий день возле Кенсингтонского дворца появились первые демонстранты с самодельными плакатами – на них в грубой, оскорбительной форме были начертаны требования Камилле убраться из жизни Чарльза. На других транспарантах надписи были еще жестче: в них доставалось обоим любовникам. Диана, чьи «подвиги» на личном фронте были куда пикантнее, а список любовников куда длиннее , в одночасье стала святой. Уже навсегда. Камилле же теперь отводилась пожизненная роль главной злодейки в этой почти шекспировской трагедии. Ненависть к ней была почти материальна – настолько, что Елизавета II вызвала к себе сына и потребовала, чтобы он оставил Камиллу раз и навсегда. Королева не без оснований считала, что, если Чарльз продолжит встречаться с Паркер Боулз, это станет последней каплей для подданных.

Весь день после этого разговора Чарльз бродил по вересковым полям в окрестностях Балморала и плакал. Он понимал, что его мать права. Что теперь отношения с Камиллой будут выглядеть как пляски на костях Дианы. Понимал, как невероятно сложно будет представить любимую женщину сыновьям (в отличие от Дианы, знакомившей сыновей с каждым своим любовником, Чарльз никогда не позволял своим детям общаться с Камиллой). Но было еще одно, что он окончательно осознал в тот день: он не сможет отпустить Камиллу, несмотря ни на что. Это было выше его сил. Она была его «половиной» - всем тем, чего ему не доставало в нем самом. Как бы наивно это ни звучало, но она дополняла его до целого. Она была его энергией, его чувством юмора, его источником уверенности в себе. Не даром даже его друзья, приглашенные к нему в гости, всегда интересовались, будет ли там миссис Паркер Боулз. Потому что в ее компании вечера в доме Чарльза были куда веселее и расслабленнее . Мысль, что ему нужно снова остаться в одиночестве, была для него невыносимой.

Эти дни были трудными не только для принца Уэльского. Уже спустя несколько часов после известия о гибели Дианы дом Камиллы перешел на осадное положение. Слишком много репортеров хотело пообщаться и заполучить комментарии от той, которая, очевидно, и была главной виновницей трагической развязки отношений Чарльза и Дианы. Чуть позже к ним подтянулись и фанаты Дианы – с такими же оскорбительными плакатами, что и у Кенсингтонского дворца. Но в отличие от Чарльза, у Камиллы не было охраны, чтобы чувствовать себя в безопасности посреди этого мракобесия. И принц Уэльский не мог ей ничем помочь. Почти.

Кампания по спасению репутации

Его звали Марк Болланд, и он успел поработать в Комитете по жалобам на прессу, когда принц Уэльский нанял его в 1996-м одним из своих личных помощников для... спасения репутации – своей и Камиллы. Диана к тому моменту выигрывала медийную войну по всем фронтам, ее стараниями общественность видела в них двоих лишь отвратительных любовников, развлекавшихся за спиной у несчастной принцессы. Болланд с энтузиазмом взялся за дело и, надо сказать, виртуозно в нем преуспел. К лету 1997 года Камилла побывала на нескольких частных вечеринках, организованных Чарльзом в королевских резиденциях, и, в целом, народ уже начал привыкать к ее персоне рядом с принцем. Королева комментировала эти совместные выходы дипломатично: на частных, неофициальных мероприятиях ее сын имеет право приглашать к себе всех, кого пожелает, и точка.

В июле 1997 года Чарльзу даже «простили» организацию пышного юбилея для Камиллы в его поместье в Хайгроув. Ей исполнялось 50, и это был первый раз, когда она появилась здесь не с черного хода, как тайная любовница, а с парадного, как главная «виновница» торжества. Стараниями Болланда все эти случаи становились достоянием прессы, смаковались там, вызывая у подданных привыкание к смене дамы возле наследника Короны. Марк Болланд был большим энтузиастом своего дела. А еще ему, чисто по-человечески, была симпатична Камилла. И он пребывал в совершенной уверенности, что Чарльзу следует на ней жениться. Собственно, к этому он и направлял всю кампанию по спасению репутации обоих. Болланд был близок к тому, чтобы организовать неформальную встречу Камиллы с Елизаветой II. Но смертельная авария 31 августа обнулила его усилия.

Болланду пришлось начинать сначала. Прошло два года, прежде, чем он рискнул устроить Камилле и Чарльзу совместный выход. Пара проводила вечер в ресторане отеля Ritz в Лондоне, после чего, по плану Болланда, их должны были заснять папарацци. В назначенный час все фотографы уже находились на своих позициях. Принц и его спутница как бы случайно задержались на входе… И первые кадры пары разлетелись по всем горячим новостям: «Чарльз вновь встречается с бывшей любовницей».

Это стало началом. А затем Камилла принялась безоговорочно участвовать во всех общественных мероприятиях, событиях и званых ужинах, где присутствовали представители СМИ. По воспоминаниям близких друзей, это было довольно тяжелое время: люди шептались за ее спиной и показывали на нее пальцем. Но Камилла справилась. Благодаря профессионализму Болланда, общественное мнение постепенно начало разворачиваться в сторону миссис Паркер Боулз. Уж он-то знал, что самое главное – это дать ей шанс проявить себя в живом общении. «То, что было заметно сразу – это эффект, который она производила на окружающих, - вспоминал один из близких друзей пары. – У вас будет толпа гостей, стоящих вокруг столика с выпивкой, а потом входит Камилла, и возникает чувство, что все, что нужно мужчинам, находится у нее в руках. Пресса писала о ней ужасные вещи, но, когда ее видели лично, это все меняло. Люди окружали ее, как пчелы – бочонок с медом… Ей через многое пришлось пройти. Но самое удивительное, не было ни одного случая, когда кто-то был бы разочарован личной встречей с нею». Постепенно Камилла осваивалась с социальной жизнью, принимая в ней новые роли, в том числе, участвуя в работе благотворительных фондов.

Показательный факт: персонал принца, который так недолюбливал Диану, Камиллой был очарован. Им нравилась ее нормальность, в хорошем смысле слова «приземленность», и то, что она действовала на Чарльза как успокоительное. Оставалось проверить, как отреагируют на Камиллу сыновья Чарльза и покойной Дианы.

Одобрено принцем Уильямом

Куда важнее, чем мнение подданных, для принца было душевное равновесие его сыновей. Знакомство Камиллы с ними, точнее, со старшим, принцем Уильямом, Чарльз оттягивал полтора года. Начал он издалека: познакомив своих детей с детьми Паркер Боулз. Это не составляло труда, поскольку сын Камиллы был крестником Чарльза. Несмотря на то, что Том и Лора Паркер Боулз были старше юных принцев, они нашли общий язык, и однажды Уильям сказал отцу, что хотел бы встретиться с их мамой. Но не известно, сколько бы еще тянул Чарльз с этим знакомством, если бы не случай. Камилла гостила у Чарльза в Лондоне, когда внезапно ему позвонил из Итонского колледжа старший сын и сообщил, что решил приехать к отцу на выходные. «Я сейчас уеду», - сказала Камилла. «Нет, останься, - возразил Чарльз. – Это нелепо». После чего набрал номер сына, чтобы сообщить, что в доме находится миссис Паркер-Боулз, и спросить, будет ли это проблемой для Уильяма. Тот ответил «Нет».

Так, спустя полтора года после смерти Дианы Камилла и принц Уильям встретили друг друга. Это было похоже на очную ставку: в комнате юного принца и без свидетелей. Выйдя от Уильяма, Камилла только сказала: «Мне нужен джин с тоником». Но это была шутка. Уильям проявил дружелюбие, а Камилла, со свойственным ей материнским чутьем, – такт. Начало общению было положено. Стоит отметить, что все встречи Камиллы и юных принцев происходили там, где не было никаких воспоминания о Диане. В частности, они никогда не пересекались в Хайгроув…

Спустя 3 года после смерти принцессы Дианы лишь один человек продолжал настаивать на том, что Чарльз обязан распрощаться с Камиллой – Королева Елизавета II.

Не мать, а (ехидна) Королева

Отношения Чарльза с матерью никогда не были простыми – и это мягко сказано. Но после гибели Дианы они и вовсе стали формальными. Елизавета II была, прежде всего, монархом, и личное счастье сына ее волновало даже не во вторую очередь. Как и много лет назад, она оставалась непреклонна: Паркер Боулз должна исчезнуть из жизни будущего Короля. Разрушив жизнь сына один раз, она уверенно шла на это снова. Ничего личного. Это вопрос репутации монархии. Дело дошло до того, что в 1998 году Елизавета II не сочла нужным включить Камиллу Паркер Боулз в список из 1000 гостей, приглашенных на организованный в честь 50-летия принца Чарльза вечер в Букингемском дворце. Трудно представить себе, что при этом чувствовала Камилла. Подобное отношение со стороны Королевы могло бы деморализовать кого угодно. Но только не ее. На следующий же день после этого банкета состоялась другая вечеринка – в Хайгроув. Ее организовала для Чарльза Камилла и их давние друзья – граф и графиня Шелбурн. На празднование фактического дня рождения принца (14 ноября) были приглашены и родители Чарльза, и его братья, и сестра. Однако, благодаря Елизавете, никто из них не явился.

Устав ждать, когда нерадивый наследник подчинится ее воле, Елизавета II попыталась продавить свое решение «убрать» Камиллу с дистанции. Она инициировала кадровые перестановки среди персонала сына. Первым делом Королева ликвидировала Марка Болланда, известного своими симпатиями к Камилле. Болланда заменил сэр Майкл Пит – будучи человеком из персонала Букингемского дворца, он прибыл в распоряжение Чарльза с четкими внутренними инструкциями разорвать порочную связь принца с разведенной любовницей, поскольку «это мешало Его Высочеству и отвлекало от королевских обязанностей».

Увы (для Королевы), Майклу Питу не потребовалось много времени, чтобы понять, насколько утопичной была идея разлучить Чарльза и Камиллу. Более того, познакомившись с парой ближе, Пит превратился в куда более рьяного защитника их совместного будущего, чем его предшественник. То, что начал Марк Болланд, с успехом завершил Майкл Пит.

Операция «Камилла»

«Вы должны или отпустить ее, или жениться на ней, сэр. Третьего не дано, вы не можете вечно быть в двусмысленных отношениях с этой женщиной», - Майкл Пит был предельно откровенным с принцем. Было ясно, что тот снова проявляет постыдную нерешительность, пасуя перед матерью и общественным мнением. Но и жить с головой в песке становилось все сложнее. Пора было ее высунуть и сообщить всем о своих намерениях. У будущего короля не могло быть сожительницы. Только жена.

Еще одним волшебным пинком для Чарльза стали слова 87-летнего отца Камиллы, Брюса Шанда, которого принц очень уважал: «Я хочу встретиться с Создателем, зная, что у моей дочери все в порядке». Чарльз успел осуществить его мечту за 14 месяцев до смерти Шанда-старшего от рака поджелудочной железы.

15 лет стажа работы в Букингемском дворце сделали Майкла Пита мастером интриг. Он был близок к Королеве и, фактически, оказался идеальным человеком, который смог подергать за нужные нити внутри и за пределами Дворца, дабы принцу все-таки было позволено жениться на любимой женщине.

В конечном итоге, благодаря его стараниям, важность Камиллы для Чарльза признали и премьер-министр Тони Блэр (к слову, очень уважавший принца за его общественную деятельность), и Робин Янврин – личный секретарь и советник Королевы, имевший на нее серьезное влияние. Последним бастионом стал доктор Роуэн Уильямс, архиепископ Кентерберийский. Он, разумеется, сразу исключил возможность церковной свадьбы для Чарльза и Камиллы, поскольку англиканская церковь против повторных браков с разведенными, если первый супруг жив. Однако архиепископ выдал разрешение на гражданскую церемонию с церковным благословением.

Во время рождественских праздников 2004 года, находясь вместе со всеми членами королевской семьи в Сандрингеме, Чарльз, наконец, завел разговор сначала с матерью, а потом и сыновьями о своем намерении жениться на женщине, любовь к которой была проверена не только временем, но и огнем, и медными трубами. Елизавета II сдалась. История умалчивает, с какими оговорками она согласилась на этот брак, и о чем просила Чарльза взамен (на эту тему ходит много слухов, включая обещание Чарльза, что он отречется от трона в пользу старшего сына, когда придет время). В знак примирения с сыном по этому крайне болезненному для них обоих вопросу, Елизавета отдала Чарльзу бриллиантовое кольцо из личной сокровищницы – ювелирное изделие в стиле арт-деко 30-х годов ранее принадлежало королеве-матери и было одним из ее любимых украшений. Теперь же ему предстояло стать помолвочным кольцом Камиллы. Со стороны Елизаветы это был широкий жест.

Заручившись согласием родных, Чарльз сделал предложение Камилле в Новый год, в Биркхалле, в доме королевы-матери в поместье Балморал. Тянуть с датой они не стали – свадьбу решено было сыграть уже 9-го апреля. Они и так ждали слишком долго. Оставалось понять, как сообщить об этом подданным.

Напуганная невеста

Новость о помолвке просочилась в прессу только 10-го февраля. В этот день принц Чарльз и Камилла Паркер Боулз должны были принять участие в благотворительном балу в Виндзорском замке. Так что, когда пара появилась на выходе из дворцовых дверей, на улице ее уже ждала толпа жаждущих подробностей репортеров. В знак подтверждения слухов Камиллу попросили показать «то самое кольцо», что женщина сделала с нескрываемой радостью.

Оставшиеся недели до свадьбы Камиллу «штормило» не меньше, чем некогда Диану . Только по иному поводу. Ей было страшно. С момента гибели принцессы Уэльской прошло почти 8 лет, с тех пор вскрылось немало подробностей о самой Диане, однако для многих фанатов Камилла оставалась главным объектом ненависти. Хотя бы потому, что она была жива, а леди Ди – нет. Что если свадьбу попытаются сорвать? Что если ее закидают яйцами на выходе с церемонии бракосочетания? Освистают? Будут выкрикивать оскорбления? Какие гадости снова напишут про нее газетчики? Она так устала от оскорблений, что, кажется, теперь, когда цель так близко, силы полностью оставили ее.

Рано утром 9-го апреля она просто натянула на себя одеяло и отказалась встать с постели. «Окей, дорогая, все в порядке, я надену твое платье и пойду на свадьбу вместо тебя. Кто-то же должен это сделать сегодня», - пригрозила ей сестра Анабель (она и дочь Лора были в то утро рядом). Только после этих слов Камилла спустила ноги с кровати.

Когда Принц Уэльский женился на Камилле Паркер Боулз в 2005 году, он стал отчимом для двух ее детей от первого брака с Эндрю Паркер-Боулз, а она стала приемной матерью принцев Уильяма и Гарри.

Вот все, что мы знаем о детях Камиллы Лизе Лопес и Томе Паркере Боулзе.

Том Паркер Боулз

Старший ребенок Камиллы, Том Паркер Боулз, кроме того, что является приемным сыном принца Чарльза, так же приходится ему крестным сыном. Том родился 18 декабря 1974 года. Сейчас он, в основном, известен как успешный писатель.

“Я был непослушным и веселым. Когда я был моложе, меня увольняли все время”, – сказал недавно в интервью о своей карьере Паркер Боулз, возможно, намекая на свое пристрастие к наркотикам в конце 90-х годов. “Но я любил есть и мог связать пару слов, поэтому я подумал, что я могу писать о еде”.

Камилла, герцогиня Корнуолла со своим сыном Томом Паркером Боулзом на премьере его кулинарной книги. Гетти картинки

В сентябре 2005 года, он женился на редакторе модного журнала Саре Байс. У пары двое детей: дочь Лола, родилась в октябре 2007 года и сын Фредди, родился в феврале 2010 года.

Лаура Лопес

Родившись на Новый год в 1978 году, Лаура является младшим ребенком Камиллы. Она посещала католическую школу-интернат, а затем Оксфордский Университет, прежде чем начать карьеру в искусстве.

Сначала она управляла космической галереей в Лондоне, затем была соучредителем Eleven – художественной галереи в Белгравии в 2005 году. Через год в 2006 году она вышла замуж за Гарри Лопеса, бывшего бухгалтера. Принцы Уильям и Гарри были на их свадьбе.

У Лауры и ее мужа теперь трое детей: Элиза родилась в январе 2008 года, и близнецы Гас и Луи, которые родились в декабре 2009 года.

Лаура, которой сейчас 40 лет, как сообщается, очень хорошо ладит со своими сводными братьями – принцем Уильямом и Гарри.

Статья: Камилла Паркер-Боулз: Слёзы королевы

КАМИЛЛА Шенд никогда не была красавицей. По правде говоря, даже симпатичной ее мало кто мог назвать. Между тем девушка родилась и выросла в одной из самых аристократических семей Британии: ее родители хоть и не обладали громкими титулами, но были настолько респектабельны, что ни одно торжество в королевском замке не обходилось без их участия. С младенчества сероглазая Камилла была окружена гувернантками и воспитателями, нанятыми с одной только целью - воспитать девочку настоящей леди. Балы в Букингемском дворце, скачки в Аскоте, воскресные игры в крокет - в ее распоряжении был полный набор развлечений высшего общества. Маленькая Шенд без особого энтузиазма осваивала премудрости сладкой жизни; всему этому юная леди предпочитала лошадей, плавание и фермерских мальчишек, у которых она научилась быстро бегать, далеко плевать, грубо выражаться и не обращать внимания на разбитые коленки. Родители, видя, что их дочь ни в какую не хочет быть маленькой принцессой, отдали Камиллу в пансион Дамбреллз, известный своей жесткой дисциплиной и "палочными" методами, а после - в лондонский Куин Гейт Скул, который славился тем, что поставлял образцовых жен для британских аристократов. Подобная участь ожидала и Камиллу Шенд.

Блудная дочь

"МИЛАЯ, как хорошо, что ты наконец-то до..." - миссис Шенд замолчала и остановилась посередине коридора с протянутыми навстречу дочери руками. Холеные пальцы с идеальным маникюром заметно дрожали. Перед ней стояла долговязая девица в широких вельветовых штанах, стоптанных кедах и клетчатой рубашке, завязанной на узел выше пупка. Привычным движением она откинула со лба челку и улыбнулась: "Привет. Ма, я ужасно голодная - пойду на кухню, соображу себе что-нибудь поесть". Восемнадцатилетняя Камилла, похудевшая на четыре килограмма и вытянувшаяся на семь сантиметров, отсутствовавшая дома больше трех лет, чмокнула мать в щеку и отправилась прямиком к холодильнику. Наманикюренные пальцы нервно перебирали бусины жемчужного ожерелья. Собравшись с духом, мать отправилась вслед за дочерью и обнаружила ее стоящей у открытой дверцы холодильника с булкой в одной руке и пакетом молока в другой. Забыв про все имеющиеся стаканы и кружки, которых в доме насчитывалось около четырехсот, Камилла пила прямо из горлышка, периодически вытирая губы манжетой рубашки. "Ладно, пойду схожу на конюшню, проведаю Джимми. Увидимся вечером", - бросила матери Камилла и, дожевывая на ходу хлеб, отправилась к своему любимому скакуну, по которому она скучала гораздо больше, чем по родителям. К ужину блудная дочь не вернулась, а решила прокатиться до фермы, где жили ее старые приятели. Рюкзак с вещами, которые Камилла привезла из колледжа, так и остался лежать в коридоре.

Чуда не произошло, поэтому родителям Камиллы пришлось смириться с тем, что вместо принцессы в их доме живет неаккуратно подстриженный подросток с обломанными ногтями и низким прокуренным голосом. Такой была их дочь Камилла, которая старалась не замечать устремленных на нее отовсюду косых взглядов. Когда в компании напудренных сверстниц Камилла с умным видом начинала рассуждать о преимуществах одной хоккейной защиты перед другой, те, недоуменно поджав губы, старались избавиться от общества этой странной девицы. Зато мужская аудитория была просто в восторге от ее раскованности и "зрелого" чувства юмора, которое было так несвойственно чопорным мисс из высшего общества. Девушка громко смеялась, пила шампанское и каждую ночь целовалась с новым кавалером, пока на одном из званых вечеров не увидела Эндрю Паркер-Боулза. Он был настоящим красавцем и сердцеедом, а кроме того - блистательным офицером королевской кавалерии, поэтому неудивительно было, что его повсюду сопровождал цветник из умело кокетничающих барышень. Среди всего этого пестрого многообразия красавчик Эндрю выбрал именно Камиллу, которая стояла в углу танцевального зала и впервые в жизни не знала, куда деть от смущения руки.

Их роман принял характер затяжной и нудный. Эндрю ходил женихом в дом к Шендам, приглашал девушку на выходные то к себе в гости, то в морской круиз или театр, но официального предложения делать не собирался. Камилла знала также и то, что ее возлюбленный не отказывает себе в удовольствиях "на стороне", что делало период ожидания замужества еще более тягостным. Поэтому, когда Эндрю, собираясь в очередной военный поход, сообщил ей о предстоящей разлуке, девушка, смерив его презрительным взглядом своих серых глаз, ответила: "Не утруждай себя скорым возвращением". "Ты уверена?" - удивленно, но вместе с тем разочарованно ответил Эндрю, на что получил утвердительный ответ и еще один более чем красноречивый взгляд. На том молодые и расстались.

Неразлучники

НА ДВОРЕ было восьмое июля 1970 года. Четвертый подряд день лил дождь, но Камилла, уставшая сидеть дома в компании назидательно молчавшей матери, отправилась на прогулку. На ней были широкие твидовые штаны, кофейного цвета свитер и тяжелые спортивные ботинки, полное отсутствие косметики и украшений заменяли капли дождя, блестевшие на лбу и волосах. "Не маловата для вас лошадка-то?" - с этими словами Камилла обратилась к невысокому худощавому молодому человеку, битый час возившемуся со своим пони на лужайке для игры в поло Большого Виндзорского парка. Тот, машинально продолжая гладить холку своего любимого пони, повернулся к незнакомке и встретился с ее насмешливыми серыми глазами, которые изучали его пристально и пристрастно. На тот момент Его Королевскому Высочеству принцу Чарльзу Филиппу Артуру Георгу Виндзору, принцу Уэльскому, принцу Шотландии, было 22 года. Никого прекраснее 23-летней Камиллы Шенд юный принц никогда раньше не видел.

С того самого дождливого утра Камилла и Чарльз стали неразлучны. Принца очаровали непосредственность и простота девушки, ее искренность и добродушие: Камилла была совершенно непохожа на его чопорно-занудливых знакомых. В отличие от них она была настоящей. Балы, вечеринки, скачки - на всех мероприятиях они появлялись вместе, неизменно взявшись за руки.

Рождественские каникулы 1972 года близились к концу. Прохожие на улицах Лондона кутались в пестрые мохеровые шарфы. А Камилла с Чарльзом сбежали от праздничной суеты в Броундлэндс, где находилось родовое поместье дядюшки Чарльза. Лорд Маунбаттен оставил в распоряжение молодым огромный дом с семью спальнями, запас еды и шампанского, которого с легкостью могло хватить до следующего Рождества. Шел третий день их пребывания в поместье Броундлэндс. Камилла сидела на кровати, подобрав под себя ноги и потягивая скотч. Она разглядывала старые фотографии, поэтому не заметила Чарльза, уже несколько минут стоявшего в дверях и не решавшегося сделать шаг, разделявший его с любимой. Камилла подняла на него задумчивое лицо, которое при виде Чарльза вмиг расплылось в улыбке: "Ты что, примерз к двери? Зря стесняешься попросить помощи, я могла бы так и заснуть, не заметив тебя. Пришлось бы тебе, милый, ночевать стоя. Как лошади". Чарльз, всегда подолгу смеявшийся остротам подруги, на этот раз остался молчалив и серьезен. Он подошел в Камилле, встал перед ней на одно колено и, взяв ее руку в свои холодные ладони, произнес: "Ты выйдешь за меня замуж?" Не задумываясь ни на мгновение, девушка ответила: "Нет" - и как ни в чем не бывало продолжила рассматривать фотографии.

Обитатели Букингемского дворца пришли в состояние глубочайшего замешательства, когда узнали о несанкционированном сватовстве принца. Проблема заключалась вовсе не в том, что Камилла Шенд не нравилась королевской семье, - нет, они симпатизировали ей. Но двор отдавал себе отчет в том, что, какой бы замечательной ни была Камилла, она не могла стать королевой. К моменту знакомства с Чарльзом девушка имела связь с одиннадцатью мужчинами, которые вовсе не ограничивались по отношению к ней целомудренными поцелуями в щеку. По священному кодексу британских монархов будущий король должен был взять в жены девственницу. Камилла Шенд девственницей не была.

В феврале 1973 года принц отправился в военный морской поход к берегам далекой Вест-Индии, который должен был продлиться целых полгода. Прощания с любимой как такового не состоялось: Камилла спешила в гости к заболевшей подруге Кэролин, а принц был слишком горд, чтобы просить ее о лишней минуте нежности.

В то утро принц вышел к завтраку и, взяв в руки свежий номер газеты "Таймс", побелел, как смерть, и едва не упал в обморок. В колонке светских новостей было написано об обручении Камиллы Шенд и Эндрю Паркер-Боулза, которое должно было состояться в конце недели. С момента их последней встречи с Камиллой прошло пять месяцев. Будущий король был безутешен.

Их свидания не стали реже или холоднее. Камилла по-прежнему проводила много времени в обществе Чарльза, делила с ним одну постель и была преданна, насколько может быть преданной замужняя женщина своему старому любовнику. Эндрю Паркер-Боулз оказался на редкость прогрессивным человеком. Практически на следующий день после свадьбы они с Камиллой договорились о том, что их брак будет "открытым" и каждый может использовать личное время, как ему заблагорассудится. "Ты намерена продолжать встречаться с этим параноиком? - спросил Эндрю у своей супруги, ни на секунду не сомневаясь в том, какой именно получит ответ. - В таком случае уволь меня от общения с Его Высочеством, третьим в вашей компании я точно не буду. Он не в моем вкусе". Через месяц Чарльз купил поместье Хайгроув, которое располагалось в пяти минутах от дома Паркер-Боулзов. А уже в декабре 1974 г. в семье Эндрю и Камиллы родился первенец. Крестным отцом малыша Томаса стал будущий британский монарх принц Чарльз.

Вторая попытка

КАМИЛЛА была на шестом месяце беременности. Врачи уверяли ее, что родится девочка. Чарльз опекал возлюбленную, как курица-наседка. Они вместе гуляли по дворцовому парку, обедали в маленьких ресторанах и катались на машине с открытым верхом. Эндрю Паркер-Боулз тоже гулял - правда, сам по себе и достаточно далеко от своей беременной супруги. В один из таких прекрасных июльских дней в парке близ Виндзорского дворца (того самого, где восемь лет назад они познакомились) Чарльз встал на колени перед располневшей Камиллой: "Прошу тебя, будь моей женой". Камилла рассмеялась, подняла расчувствовавшегося принца с колен и ответила: "Дорогой, это невозможно. Я уже замужем, и ты это прекрасно знаешь". Ночью, которую они провели вместе, Камилла пообещала Чарльзу, что никогда его не оставит.

В Букингемском дворце разразился жуткий скандал. Чарльз должен был жениться и стать полноправным членом королевской семьи - это понимали все, кроме самого принца. Камилла приняла сторону двора. Именно она настояла на том, чтобы Чарльз повнимательнее пригляделся к Диане Спенсер, и сделала все возможное, чтобы они смогли узнать друг друга получше. Чарльз хоть и не горел желанием обзаводиться новыми женщинами, но сделал все так, как хотела Камилла. За десять лет, что они провели вместе, принц привык полагаться на ее мнение.

Диана Френсис Спенсер была младше Чарльза на 12 лет. Девушка родилась в знатнейшей английской семье с семивековыми корнями, получила образование в престижной частной школе и с детства мечтала стать балериной. Ее планам не суждено было сбыться - Диана оказалась слишком высока и неповоротлива для того, чтобы стать профессиональной танцовщицей. После смерти матери и отца она отправилась в Лондон, где подрабатывала то поваром, то учительницей, то няней. Ее ставка составляла один фунт в час. Их первая встреча с Чарльзом состоялась в 1977 году по протекции Камиллы Паркер-Боулз и старшей сестры Дианы - Сары, которая дружила с принцем со школьной скамьи. Этим же вечером будущий монарх, лежа в объятиях Камиллы, произнес: "Да, эта Диана несомненно мила. У тебя отличный вкус, дорогая".

Не первая и не единственная

ВО ДВОРЦЕ поговаривали о скорой свадьбе. Диана Спенсер оказалась идеальной кандидатурой на роль супруги Чарльза - она была англичанкой и девственницей. Оставался сущий пустяк - назначить время и час.

Свадьба леди Дианы Спенсер и принца Чарльза, наследника британского трона, состоялась 29 июля 1981 года в кафедральном соборе Святого Павла. На тот момент невесте только исполнилось двадцать, жениху минуло тридцать два. На Диане, светившейся неподдельным восторгом, было белоснежное подвенечное платье, расшитое жемчугом, с восьмиметровым шлейфом, который плыл за ней, словно легкое облако. Чарльз же, казалось, был чем-то озадачен, хотя и пытался скрыть свою серьезность за холодными улыбками и положенными поцелуями. 2650 гостей, приглашенных на церемонию, не отрывая глаз, следили за этой странной парой.

За день до назначенной церемонии Чарльз и Камилла попрощались друг с другом: она сказала, что по-прежнему любит его, а он - что не сможет без нее прожить и дня. Тем не менее они расстались, пообещав друг другу, что не нарушат верности данному слову. Камилла, чье имя Диана собственноручно вычеркнула из списка приглашенных, наблюдала свадебную церемонию в кругу семьи по телевизору. Чарльз позвонил ей на пятый день свадебного путешествия с борта яхты "Британия". Он говорил, что Диана - чудовищна, бесчувственна и холодна, как мрамор. Принц плакал и просил возлюбленную не оставлять его. Диана подслушала все, что говорил ее муж своей любовнице. Тем же вечером с ней случилась истерика с жесточайшими приступами булимии, которые преследовали ее все свадебное путешествие, ставшее для обоих настоящей пыткой.

Нельзя сказать, что Чарльз ничего не делал для того, чтобы их брак "заработал". В первый год супружества он пытался быть с женой ласковым и внимательным, не обращал внимания на регулярные перепады настроения и ее ночное обжорство. Но, несмотря на это, практически каждый день виделся с Камиллой, которую при дворе, не без участия Дианы, стали называть Ротвейлером. По сравнению с молодой женой любовница казалась и вправду не слишком привлекательной, но именно к ней Чарльз шел со всем, что было у него на душе.

Тяжелая неделя

"БОГИНЯ умерла. Богини больше нет", - рыдал британский народ, узнав о гибели Дианы. Чарльз позвонил Камилле, и единственное, что сказал по поводу смерти своей пускай и нелюбимой, но все-таки жены: "Чувствую, трудная выдастся неделька". В этом он был полностью прав: смерть Дианы ставили ему в упрек, бесчисленное количество раз повторяя: "Если бы он любил ее больше... Если бы они не расстались".

Камилла не узнавала Чарльза, и чем больше было пролито слез над могилой Дианы, тем непредсказуемее он становился в своих суждениях и поступках. Чарльз приезжал к ней посреди ночи, кричал, что Камилла его больше не любит, угрожал, после чего кидался ей в ноги и просил простить. Паркер-Боулз разрывалась между жалостью и страхом, которые она испытывала по отношению к бывшему возлюбленному. Тем временем Чарльз, будто бы не замечая ее отчаянных попыток завершить эту долголетнюю обременительную связь, продолжал повторять: "Теперь нам никто не мешает. Мы можем любить друг друга открыто". Камилла, которой было уже пятьдесят, плакала по ночам, как маленькая девочка, проклиная собственную слабость. Про себя она вела с принцем бесконечную беседу, в которой просила одуматься и отпустить ее, но, глядя в пристальные и холодные глаза Чарльза, не могла произнести ни слова из заготовленной речи.

Накануне они были на приеме, организованном в лондонском отеле "Риц". Камилла уверяла Чарльза, что она очень плохо себя чувствует и что он должен пойти один. Но он был непреклонен: с тех пор как не стало Дианы, Чарльз использовал любую возможность появиться с Камиллой на людях. Принц всеми возможными способами подогревал интерес СМИ к своей персоне, используя Камиллу как главный козырь. На приемах и светских раутах Паркер-Боулз старалась вести себя максимально осторожно и официально, игнорируя многочисленные знаки внимания Чарльза. До вчерашнего дня у нее это как-то получалось... Они стояли на парадной лестнице, позируя перед фотокамерами, как вдруг Чарльз наклонился к ней и поцеловал. Их губы соприкоснулись лишь на мгновение, но этого оказалось достаточно, чтобы на следующий день во всех крупных британских газетах появилась фотография, на которой двое не слишком молодых людей демонстрируют образец романтической влюбленности. Сегодня утром, обнаружив у себя на столе больше десятка газет с этим идеалистическим фото, Камилла разрыдалась. Она вспоминала торжествующую улыбку Чарльза, с которой он ходил весь вечер, самоуверенную руку, обхватившую ее талию плотным кольцом...

Целое утро Камилла репетировала речь, которая должна была поставить точку в их отношениях. Она знала, что сегодня вечером Чарльз придет к ней в спальню, как делал это последние тридцать лет, и была готова к встрече с ним. Дверь скрипнула ровно в половине десятого, Камилла продолжала сидеть на кровати с каменной спиной и сухими глазами. Чарльз опустился рядом с ней, поцеловав в щеку и, по-хозяйски положив руку на ее колено, заговорил: "Ты видела это безумие! Все газеты говорят только о нас с тобой. Я так счастлив, что наконец-то нам не нужно прятаться..." Камилла продолжала молчать, но Чарльз, казалось, не замечал, что его реплики остаются без ответа. "Я все подготовил, можешь не волноваться. Завтра я заеду за тобой в одиннадцать, платье и туфли привезут к восьми - надень их, пожалуйста, они просто великолепны. На полдень назначена пресс-конференция, на которой я собираюсь объявить о нашей с тобой помолвке. Должны прийти все. Все, ты понимаешь?!" Он еще достаточно долго говорил, не замечая, что сидевшая рядом с ним женщина остается недвижимой и молчаливой. На прощание Чарльз еще раз поцеловал Камиллу и направился к дверям. Уже на выходе он обернулся и, продолжая улыбаться, спросил: "Дорогая, значит, мы обо всем договорились?" Камилла подняла на него сухие серые глаза и отрепетированно коротко ответила: "Да". Его Высочество вышел из спальни своей невесты в приподнятом настроении. Чарльз собирался хорошенько выспаться перед тем, как осуществить мечту всей своей жизни...

Сегодня супруга принца Чарльза Камилла Паркер Боулз отмечает свой очередной день рождения. По такому случаю InStyle собрал несколько поразительных фактов из жизни этой женщины, чья судьба доказывает - для любви, какой бы она ни была, нет никаких преград, и никакая мораль и правила здесь не работают.

Камилла Паркер Боулз и принц Чарльз

Прабабушка Камиллы Элис Кеппел на протяжении 12 лет была любовницей короля Эдуарда VII. В семье этим фактом очень гордились, так что неудивительно, что при знакомстве Камилла шутя сказала Чарльзу: «Ваше высочество, вы знаете о романе моей прабабушки с вашим прадедушкой? Может, и нам рискнуть?».

Как это ни странно, но, оказывается, королева Елизавета присутствовала на свадьбе Камиллы и ее первого мужа Эндрю Паркера Боулза. Дело было 4 июля 1973 года. Среди 800 гостей были и другие представительницы королевской семьи - принцессы Анна и Маргарет.

Выйдя замуж, Камилла, разумеется, продолжила роман с Чарльзом. Затем возникла необходимость женить принца, Елизавета нашла подходящий вариант, Диану Спенсер. Чарльз отнесся к этому без восторга и для разминки немного повстречался с сестрой вероятной жены Сарой. Но Елизавета настояла на кандидатуре Дианы. Одобрила ее, что интересно, и сама Камилла.

Как выяснилось, сначала Диана и Камилла приятельствовали, есть несколько фото, на которых они вместе. Затем Диана узнала, что Камилла встречается с ее будущим мужем, и порвала все отношения.

Принц Чарльз и принцесса Диана

Сделав свой роман публичным, уже после разводов со своими половинами, Чарльз и Камилла обнаружили, что их репутация в СМИ неудержимо портится. Тогда принц нанял известного специалиста по имиджу (то, что сегодня зовется пиаром) Марка Холланда. Прежде Холланд «чинил» имидж самого Чарльза, а теперь принц поставил ему задачу вернуть Камилле «доброе» имя. Задача была двойная - повысить рейтинг Паркер Боулз и сбить всенародную любовь к Диане. Холланд засучил рукава, и вскоре в газетах пошла волна публикаций о благотворительных проектах Камиллы. Ситуация немного исправилась, но затем случилась трагедия, Диана погибла в автокатастрофе и оказалась волей-неволей вне конкуренции. Пришлось команде Марка Холланда продвигать новый образ Дианы как лицемерной особы, которая предпочитала манипулировать людьми и вообще была не в себе. Затем - чистая случайность - в продажу поступила книга о покойной принцессе, там бывшая супруга Чарльза подавалась как истеричка, вынудившая мужа искать покоя на стороне.

Сейчас уже об этом не вспоминают, но в свое время пресса нарекла Чарльза... мистером Тампоном. Детали опустим, скажем лишь, что прозвище возникло после того, как СМИ опубликовали расшифровку телефонной беседы принца и Камиллы. Во время этого разговора пара обменивалась крайне откровенными выражениями и, так сказать, метафорами. Можно себе представить, как отреагировала на «слив» беседы и на само прозвище тогда еще законная супруга принца.

В августе 1997 года, после смерти Дианы, Чарльз имел неоднократные беседы с матерью. Елизавета дала понять сыну, что категорически не одобряет его публичной связи с Камиллой, назвала ее «безнравственной женщиной», заявив, что «не желает иметь ничего общего с ней». Долгое время королева всячески третировала Камиллу, уклонялась от встреч с ней. Но постепенно сменила гнев на милость.