Что можно приготовить из кальмаров: быстро и вкусно

Последней стратегической операцией, которую провела Красная Армия в Великую отечественную войну, стала Пражская наступательная операция (5-12 мая 1945 года), в ходе неё была освобождена столица Чехословакии - древний город Прага и была разгромлена последняя крупная группировка вермахта – группа армий «Центр».

После разгрома врага на Берлинском направлении и капитуляции 2 мая Берлинского гарнизона единственной силой вермахта, которая ещё могла оказывать сопротивление Красной Армии, осталась группа армий «Центр» (командующий генерал-фельдмаршал Фердинанд Шёрнер) в Чехословакии и часть группы армий «Австрия» (командующий Лотар Рендулич). Шёрнер, после окружения Берлина, получил приказ Гитлера отвести войска в район столицы Чехословакии и превратить Прагу во «второй Берлин». Рендулич также отказался капитулировать и отводил войска на запад. У Шёрнера было до миллиона человек, около 10 тыс. орудий, примерно 1900 танков и 1000 самолетов.

Против этой группировки воевали части 2-го Украинского фронта (Маршал Р. Я. Малиновский), 4-го Украинского фронта (генерал армии А. И. Еременко), они, завершив освобождение Словакии, освобождали территорию Чехии. С севера находились части 1-го Украинского фронта, большая часть его войск в начале мая находилась в районе Берлина, оставшиеся части занимали оборону на фронте в 400 км в предгорьях Рудных гор и Судет. С запада к границе Чехии двигалась 3-я американская армия (генерал Д. Паттон), она имела задачу занять заранее согласованный с советским командованием рубеж Ческе-Будеёвице, Пльзень, Карловы Вары.

Начало операции в Чехословакии

По мере поражения Германии в Чехословакии активизировалось местное сопротивление, до этого весьма незаметное. В апреле уже действовало примерно 120 отрядов партизан, правда их общая численность была небольшой – 7,5 тыс. человек. Не было единого руководящего центра, постоянной связи с советским командованием, деятельность была оборонительного характера. В конце апреля смогли создать Чешский национальный совет (ЧНС), он состоял из представителей разных политических сил, возглавил его профессор Пражского университета А. Пражак. ЧНС не собирался немедленно начинать восстание, так как не было серьёзных сил для этого.

Но 5-го мая в Праге началось народное восстание, его подготовили бывшие военные чехословацкой армии во главе с генералом К. Кутявашром (организация «Бартош»). В начале мая они вступили в контакт с Русской освободительной армией (РОА), с командиром 1-й дивизии генералом С. К. Буняченко. РОА шла на запад, надеясь сдаться американцам, Буняченко и его командиры понадеялись на политическое убежище в Чехословакии и 4-го согласились поддержать восстание. Власов в успех не верил, но и не мешал. Но уже в ночь на 8-е большая часть власовцев стала уходить из Праги, так и не получив гарантий на счёт своего союзнического статуса. Шёрнер был вынужден отводить войска к Праге, чтобы подавить восстание.

Советские силы, план операции

1-го мая И. С. Конев получил приказ до 4-го мая передать рубеж по реке Эльбе 1-му Белорусскому фронту, а высвобожденные силы перебросить на Пражское направление. Началась перегруппировка сил и подготовка к удару. С воздуха фронт поддерживала 2-я воздушная армия, 6-я армия (генерал-лейтенант В. А. Глуздовский) окружила гарнизон Бреслау. Его поддерживали 4-й Украинский и 2-й Украинский фронты.

К началу операции у 3-х Украинских фронтов было: 20 общевойсковых армии (включая две румынские и одну польскую армию), 3 танковые армии и 3 воздушные армии, одна конно-механизированная группа, 5 танковых, 1-й механизированный и один кавалерийский отдельные корпуса. Их общая численность составляла более 2 млн. человек с примерно 30,5 тыс. орудий и минометов, до 2 тыс. танков и самоходных артустановок, 3 тыс. самолетов. Наши силы превосходили противника в живой силе почти вдвое, в авиации и артиллерии в трое, в бронетехнике силы были почти равны.

Планировали нанести несколько ударов по флангам врага, главные удары наносили 1-й Украинский, он бил из района северо-западнее Дрездена, и 2-й Украинский, он бил из района южнее Брно. Силы вермахта хотели расчленить, окружить и разгромить.

Ход операции

Удар планировали на 7-е, но события в Праге заставили ударить раньше, не закончив перегруппировку сил. Восставшие смогли захватить большую часть города, захватив скалы с вооружениями, разоружив несколько мелких частей противника. Генерал-фельдмаршал приказал подавить восстание, так как восставшие перекрывали пути отхода на запад. 6-го вермахт захватил большую часть города, применяя артиллерию, авиацию и танки, в этот же день на стороне чехов выступила дивизия Буняченко. Русские солдаты РОА выбили вермахт из западной части города. 7-го части РОА переправились через реку Влтава и рассекли позиции вермахта на две части. Но ЧНС после определённых колебаний поблагодарил власовцев и отказался от помощи. Буняченко был готов остаться, если чехи хотя бы передадут по радио сообщение о причинах вступления в части вермахта, о их действиях в настоящее время, о готовности и дальше воевать с гитлеровцами, но чехи отказали. Вечером 7-го части РОА стали отходить на запад, только часть бойцов осталась с чехами. После ухода дивизии РОА вермахт опять стал хозяином положения в городе.

Поэтому маршал Конев отдал приказ выступить утром 6-го. Через Рудные горы наступали 13-я, 3-я гвардейские армии вместе с 25-м и 4-м гвардейскими танковыми корпусами, а также подразделения 3-й и 4-й гвардейских танковых армий. К вечеру к ним подключилась и 5-я гвардейская армия. Это была особенность Пражской наступательной операции – одновременный ввод в полосе наступления общевойсковых и танковых армий. В этот же день капитулировала немецкая группировка в Бреслау. 7-го мая наиболее успешно наступавшие 4-я гвардейская танковая и 13-я армии вышли к северным склонам гор, части 3-й гвардейской танковой и 5-й гвардейской общевойсковой армий начали бои за Дрезден.

7-го мая ударил и 4-й Украинский фронт, 7-я гвардейская армия с ходу прорвала оборону врага, 8-го в прорыв ввели 6-ю гвардейскую танковую армию, которая наступала на Прагу.

Положение же восставших в Праге ухудшилось, вермахт беспощадно подавлял сопротивление, продвинулся к центру города, часть восставших, запаниковав, бросила оборонительные сооружения. Восставшие испытывали нехватку и боеприпасов. Во второй половине дня 7-го мая Шёрнер получил приказ Кейтеля о капитуляции, но до войск его не довёл, наоборот приказал ужесточить сопротивление. В этот же день в штаб восставших прибыли американские офицеры. Они сообщили о капитуляции Германии и посоветовали прекратить бой в Праге. Начались переговоры с начальником немецкого гарнизона - Р. Туссэном, он согласился сдать тяжелое оружие при выходе из города, если немцам не будут мешать выводить войска.

8-го части 4-го Украинского фронта захватили город Оломоуц и начали наступление на Прагу; 1й Украинский вступил на территорию Чехословакии, подразделения 4-й гвардейской танковой армии уничтожили штаб Шёрнера, лишив группу армий «Центр» координации. 5-я гвардейская армия к концу 8-го мая захватила Дрезден, в этот же день были освобождены ещё несколько городов.

Чехи с радостью встречали советских воинов, многие украшали дома, площади красными знаменами, приглашали в свои дома, дарили цветы, всячески выражали свою радость.

Вечером 8-го советское командование предложило вермахту капитулировать, но ответа не было. Немцы хотели сдаться американцам и ускорили отступление. В ночь на 9-е советские танковые части (4-я и 3-я гвардейские танковые армии) совершили 90-км бросок, и утром первые танки вступили в Прагу. За ними вступили в город и другие части - 302-я стрелковая дивизия (полковник А. Я. Клименко) на автотранспорте, 1-я чехословацкая танковая бригада из 60-й армии и передовой отряд подвижной группы 38-й армии генерал-полковника К. С. Москаленко. В обед с юга в город вошли части 2-го Украинского фронта: 6-я гвардейская танковая армия и посаженная на автотранспорт пехота 24-го стрелкового корпуса, позднее 7-й механизированный корпус. При поддержке жителей Праги советские части «зачистили» город от гитлеровцев. Пути отступления Группы армий «Центр» на запад и на юг были перерезаны, вне окружения оказались лишь несколько дивизий, большая часть немецких сил оказались в «котле» восточнее Праги. 10-го наши части встретились с американцами, 10-11 мая немцы капитулировали, так закончила войну последняя сильная группировка вермахта. Стрельба продолжалась в окрестностях Праги до 12 числа.

Итоги

В плен было взято примерно 860 тыс. человек, около 40 тыс. пало в боях и ранено. Захвачено большое количество техники и вооружений: 9,5 тыс. орудий и минометов, 1,8 тыс. танков и штурмовых орудий и так далее. Наши потери: примерно 12 тыс. убитых и пропавших без вести, раненных и заболевших около 40 тыс. При освобождении самого города погибло около тысячи бойцов Красной Армии.

Всего за освобождение всей Чехословакии Красная Армия заплатила «цену» в 140 тыс. бойцов погибшими.

Пражская наступательная операция ещё раз продемонстрировала всему миру высокое мастерство Красной Армии и её полководцев, в кратчайшие сроки была сломлена оборона, окружены и пленены значительные силы врага. В Великой Отечественной войне была поставлена победная точка. Медалью «За освобождение Праги» было награждено 390 тыс. человек.

Власовцев американцы в свою зону не пустили, часть из них, узнав об этом, застрелилась. Большинство сдались советским частям. Власова и других руководителей РОА ждал в Москве суд.

Источники :
За освобождение Чехословакии, М., 1965.
Конев И. С. Записки командующего фронтом. 1943-1945. М., 1982.
Конев И. С. Сорок пятый. М., 1970.
Плиев И. А. Дорогами войны. М., 1985.

КОГДА смотришь на нынешнее поведение бывших наших европейских «союзников» по Совету Экономической Взаимопомощи и Организации Варшавского Договора, невольно приходят на ум слова императора Александра III: «У России есть только два союзника: ея армия и флот»…

Правда, к этим двум союзникам, России не мешало бы прибавить ещё историческую память и общественный разум, но это так – к слову…

Вернёмся в 1945 год.

О поляках уже было сказано и ещё будет сказано, а сейчас – немного о «смелых» чехах и некоторых деталях «пражской» весны 1945 года.

По части исторической благодарности России чехи от поляков ушли недалеко. После срыва войсками Варшавского Договора прозападной авантюры – «пражской весны» 1968 года — чехи тоже стали поговаривать о «русских оккупантах» и осквернять памятники советским солдатам. Конечно, в 1968 году это делали «демократизированные» юнцы, а не седовласые пражане, в 1945 году мальчишками встречавшие с песнями танкистов Рыбалко и Лелюшенко. Но ведь юнцы 1968 года были детьми и внуками пражан 1945 года!

Сегодня поседели уже и юнцы 1968 года, и у них теперь свои внуки. И эти внуки тоже не очень-то благодарны русским за их танковый бросок к Праге в 1945 году...

Люди, плохо знающие историю или знающие её хорошо, но предпочитающие истине «баксы», рассказывают басни о бедных «чехословаках» (национальности, никогда в природе не существовавшей), у которых злодей Гитлер в результате «Мюнхенского сговора» с Западом отобрал Судетскую область (сплошь населённую в 1938 году немцами)…

Сетуют и о тяжкой судьбе чехов в составе рейха, когда чехи на заводах «Шкода» собирали танки для Восточного фронта в чёрных рубашках – якобы в знак протеста…

Вспоминают и деревню Лидице, сожжённую после того, как агенты Лондона в целях провокации ликвидировали шефа СС Гейдриха, спокойно разъезжавшего по Праге в открытом автомобиле без охраны….

Но вот некая «информация к размышлению» из докладной записки начальника 7-го отделения политотдела 7-й гвардейской армии гвардии майора Козлова, которую он направил 7-го июня 1945 года начальнику 7-го управления 1-го Украинского фронта:

«Население Чехословакии проклинает немецкую нацию и никогда не забудет все те злодеяния, которые причинили немцы...

Однако наряду с дружеским, в основном, отношением населения Чехословакии к войскам Красной Армии, имеют место отдельные неудовольствия...».

Впрочем, дальнейшие строки докладной записки позволяли предполагать, что слово «отдельные» майор Козлов употребил скорее из соображений политкорректности. И вот что писал майор Козлов далее:

«Население [западных] районов Чехословакии резко отличается своим поведением от населения предыдущих районов. Если в восточной части Чехословакии гремели жаркие бои, вследствие которых были большие разрушения сёл и городов, а население сидело в подвалах до прихода частей Красной Армии, то западная часть этого не испытала... Население, таким образом, не испытало всех ужасов войны...».

Странно – ведь Чехия, как утверждают, была предметом «нацистских злодеяний»?! И как же на эти злодеяния реагировали «свободолюбивые» чехи в покрытой горами — то есть, удобной для партизанских действий и неудобной для действий регулярной армии — Чехии?

Словаки, хотя они официально и считались союзниками рейха, но как только советские войска подошли поближе, подняли в горах Словацкое национальное восстание.

Что ж, майор Козлов написал и об этом:

«На данной территории существуют различные партии: коммунистическая, социал-демократическая, народно-социалистическая, людовая.

Ни одна из демократических партий не вела подпольной работы, направленной против немцев. Каждая партия, в том числе и коммунистическая, на протяжении всего периода оккупации Чехии ожидала прихода Красной Армии, сама же не проявляла никаких активных действий, направленных против немецких поработителей»...

ОДНИМИ из последних в той войне боёв стали бои Красной Армии в Чехии, закончившиеся освобождением Праги. Однако кое-кто утверждает, что Прагу, оказывается, освободила не «Руда Армада», а власовцы. Если бы, мол, не они, остались бы от «Златой Праги» одни головёшки.

И это – тоже один из антисоветских мифов 45-го года, хотя части «Русской освободительной армии» (РОА) Власова в мае 1945 года в Прагу действительно вступали. И даже постреляли по немецким частям, посланным на подавление Пражского восстания.

Впрочем, обо всё по порядку.

На территории Чехии вели военные действия как советские войска, так и американские… И, как и во всех других случаях, на каждую каплю крови янки приходилось ведро русской крови — и не потому, что американцы так уж умело воевали, а потому, что немцы им почти не сопротивлялись.

30 апреля 1945 года английский премьер Черчилль писал новому американскому президенту Трумэну:

«Можно почти не сомневаться в том, что освобождение вашими войсками Праги и как можно большей территории Западной Чехословакии может полностью изменить послевоенное положение в Чехословакии и вполне может к тому же повлиять на соседние страны».

Не совсем, правда, понятно – что Черчилль понимал под Западной Чехословакией? Тогда имелись отдельно имперский протекторат Богемия и Моравия (или, если угодно – Чехия), и отдельно – Словацкая республика.

Государства с названием «Чехословакия» тогда не было, причём нет его на карте мира и в наши дни – без всякого Гитлера и «Мюнхенского сговора»… Чехия – отдельно, Словакия – отдельно.

Но если Черчилль имел в виду Чехию, то «соседними странами» для неё являлись – как являются и сейчас – Австрия, Словакия и Польша.

Германия тогда была, конечно, не в счёт.

Ситуация во всех трёх «соседних странах» складывалась для США и Англии не лучшим образом, и союзническое присутствие в Чехии, да ещё и в Праге, было бы для Черчилля (и не для него одного!) лакомым вариантом.

Мешал же этому, как и всегда, «тиран» Сталин.

4 мая 1945 года генерал Эйзенхауэр обратился к начальнику Генерального штаба Красной Армии генералу А.И. Антонову с предложением развить наступление армии США до западных берегов Влтавы и Эльбы. Это означало занятие Праги американцами, но противоречило решениям Крымской (Ялтинской) конференции и не соответствовало установленной там разграничительной линии для советских и американских войск.

Антонов категорически отверг предложение, сообщив, что уже создана группировка советских войск для решения указанных задач, и это было действительно так. Против немецких групп армий «Центр» и «Австрия» вели боевые действия войска 1-го, 4-го, 2-го и 3-го Украинских фронтов. И уже в ходе Берлинской операции Ставка Верховного Главнокомандования приняла решение о проведении Пражской операции.

Общая численность группировки немцев в Чехии составляла более 900 тысяч человек, имевших на вооружении до 10 тысяч орудий и миномётов, свыше 2200 танков и штурмовых орудий и около 1 тысячи самолётов.

Три советских фронта должны были наступать по сходящимся направлениям на Прагу из района Дрездена и из района южнее Брно. В составе привлекаемых к операции войск насчитывалось более 1 миллиона человек, более 23 тысяч орудий и миномётов, около 1800 танков и САУ и более 4 тысяч самолётов.

2 мая Ставка ВГК направила директивы командующим фронтами на организацию наступления. Так, в директиве маршалу Малиновскому – командующему войсками 2-го Украинского фронта – было, в частности, сказано:

«В связи с отходом противника перед 4-м Украинским фронтом Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:

1. Главные силы войск фронта развернуть на запад и нанести удар в общем направлении на Йглава, Прага с задачей не позднее 12-14 мая овладеть рубежом: Йглава, Улатинч, Горн, в дальнейшем выйти на р. Влтава и овладеть Прага.

2. Частью сил правого крыла фронта продолжать наступление в направлении Оломоуц...

Ставка Верховного Главнокомандования

И.Сталин

А.Антонов»

То есть, вопрос занятия Праги и полного освобождения Чехии был в начале мая 1945 года вопросом считанных дней. И не могло быть никаких сомнений в полном успехе.

Странно, конечно… Чехи тихой мышкой просидели в имперском протекторате Богемия и Моравия с весны 1939 года по весну 1945 года под президентством того же самого Гахи, который был в 1939 году президентом Чехословакии… И вдруг воспылали такой жгучей ненавистью к оккупантам, что не смогли вытерпеть максимум полторы недели до освобождения их советскими войсками!

И коль уж так захотелось восстать, то можно было, по крайней мере, подождать до того момента, как части Красной Армии подойдут к Праге поближе, а это произошло бы в любом случае буквально через несколько дней. К тому же, сильного немецкого гарнизона в самом городе в тот момент не было, разрушать Прагу немцы не собирались, массовых репрессий не проводили.

Не лишним было бы заранее известить о планах повстанцев и советское командование, но этого почему-то сделано не было.

Так или иначе, утром 5 мая восстание началось, а к вечеру были захвачены здание радио, почта, центральная телефонная станция, важнейшие мосты через Влтаву, почти все вокзалы, заводы «Шкода», «Авиа», «Вальтер». В ночь на 6 мая было сооружено до 1600 баррикад, а численность восставших возросла до 30 тысяч человек.

Радио Праги призвало: «Руда Армада – на помоц!», но если быть точным, то Прага призывала тогда на помощь и американцев. Причём трудно сказать – кого в Праге желали видеть больше?

И тут возникает естественный вопрос, который, почему-то, не задан в России по сей день, – не потому ли Прагу так спешно подняли на восстание, что кое-кому желалось в мае 1945 года повторить в Праге, но уже – без краха – «варшавский» вариант восстания августа 1944 года?

Командующий группой армий «Центр» Шернер приказал подавить восстание в Праге всеми средствами. С трёх сторон к Праге двинулись войска: с севера – танковая дивизия «Райх», с востока – танковая дивизия «Викинг», с юга – усиленный полк дивизии «Райх».

Но к Праге уже шли и советские танковые армии...

6 мая после проведения разведки боем командующий 1-м Украинским фронтом маршал Конев начал наступление главными силами.

7 мая начал наступать 2-ой Украинский фронт маршала Малиновского, а также – 4-й Украинский фронт генерала армии Ерёменко.

На рассвете 9 мая танкисты 4-й и 3-й танковых армий генералов Лелюшенко и Рыбалко завязали бои на улицах Праги.

Около 10 часов 9 мая в Прагу вступила подвижная группа 4-го Украинского фронта: 302-я дивизия на автомашинах и 1-я чехословацкая танковая бригада.

В 13 часов 9 мая в Прагу вошли 6-я гвардейская танковая армия и посаженная на машины пехота 24-го гвардейского корпуса 2-го Украинского фронта, а позднее – 7-й механизированный корпус из состава конно-механизированной группы генерала Иссы Плиева.

Воздушную поддержку осуществляли 5-я воздушная армия и часть сил 17-й воздушной армии 3-го Украинского фронта.

По горячим следам командующий бронетанковыми и механизированными войсками 1-го Украинского фронта докладывал о действиях его войск в Пражской операции. Вот фрагмент этого обширного и динамичного доклада:

«4 гв. ТА (гвардейская танковая армия, – С.К .) – 10 гв. тк (танковый корпус, – С.К. ), развивая наступление в направлении Премсдорф, Ольдержиш, преодолев горные перевалы в р-не Николуб, вышел в р-н Духцов, Ледвице и в 3.00 9.5.45 передовыми частями достиг сев. -зап. окр[аины] Праги.

В 14.00 9.5.45 в Прагу вошли главные силы ПО (передовые отряды, – С.К. ) корпуса и повели бои по очищению города от отдельных групп противника.

6 и 5 гв. мк (механизированный корпус, – С.К. ), сломив сопротивление противника, с боями преодолели перевал. В ночь на 9.5.45 гв. мк 16 и 15 гв. мбр (мотострелковая бригада, – С.К. ) с 22 сабр (самоходная артиллерийская бригада, – С.К. ) в р-не высот 757,0, 689,0, 414,0, юго-вост. Янов в р-не высот 265,0, 259,0 продолжали развивать наступление в направлении Янов, Мост, Лауны, Прага и в 12.30 9.5.45 вошли в Прагу, заняв южную и юго-зап. окраины. 5 гв. мк последовательно овладел Сайда, Постолопрты, Мост, в 9.00 9.5.45 вступил в Прагу и совместно с частями 10 гв. тк вёл бои с противником...».

9 мая 1945 года командующий 3-й гвардейской танковой армией Рыбалко доносил командующему 1-м Украинским фронтом маршалу Коневу:

«[В] 6.00 9.5.45 г. [во] второй половине дня (так в тексте, – С.К. ) в столицу Чехословакии г. Прага первыми в город вошли 69 мсб, командир бригады гв. полковник Ваганов, 50 мцп (мотоциклетный полк, – С.К. ), командир полка гв. подполковник Калинин, 16 сабр, командир бригады гв. полковник Попов.

9.5.45 г. к 17.03 город полностью был занят, связался с военной и гражданской властью.

Власть в городе принадлежит Национальной Раде, профессору Альберту Пражаку.

Военный штат восстания – командующий восстанием капитан Георгий Нежанский. В городе восстановлен порядок.

Опергруппа штарма (штаба армии, – С.К.) – сев. окр[аина] г. Прага.

П. Рыбалко, Мельников, Бахметьев».

В тот же день командующий 4-й гвардейской танковой армией Лелюшенко также доложил маршалу Коневу:

«В 4.00 9.5.45 г. 10 гв. тк зашёл в г. Прага и вышел на северо-восточную окраину её, восточную и юго-западную окраину.

6 гв. мк – на южную и юго-западную окраину г. Прага.

5 гв. мк – на западную окраину.

Захвачено много пленных и трофеев.

Оказавшие сопротивление уничтожены.

Связь с повстанцами – через бригадного генерала Ведравба. Американских войск нет. Соседей нет. Веду разведку в северо-восточной части, южном направлении. Навожу порядок. Я с оперативной группой – на западной окраине Праги.

Д. Лелюшенко».

После ликвидации очагов сопротивления в районе Праги войска 1-го и 2-го Украинских фронтов продолжили наступление в целях соединения с американцами и 11 мая 1945 года встретились с ними на рубеже Хемниц, Карлови-Вари, Пльзень.

КУДА конь с копытом, туда и рак с клешнёй... В те же дни к Праге спешила и 1-я дивизия РОА под командованием «генерала» Буняченко, бывшего полковника Красной Армии. Численность её достигала 20 тысяч человек. При этом Первую дивизию РОА вернее было бы называть первой и последней дивизией «Русской» «Освободительной» «Армии». Во всяком случае – первой и последней относительно боеспособной.

РОА Власова – тоже во многом миф, поскольку лишь 16 сентября 1944 года Власов встретился с Гиммлером и получил согласие последнего на формирование двух дивизий.

Всего-то!

В середине сентября 1944 года!

Считается, что Власов числом «два» остался недоволен, ибо рассчитывал якобы на десять дивизий. Однако дело было не только в том, что компактное воинское соединение на уровне армии, состоящее пусть и из предателей, но – русских, в ситуации конца 1944-го – начала 1945 годов немцам было ни к чему. Дело было в том, что Власов и в лучшие-то времена не смог бы набрать приличного личного состава на десять дивизий, а уж на рубеже 1944 и 1945 годов...

Но одну полнокровную (по численности) дивизию бывший командир 389-й стрелковой дивизии РККА Буняченко, перешедший к немцам 17 декабря 1942 года, сформировать успел.

(В 1942 году Буняченко был приговорён к расстрелу трибуналом Северной группы войск Закавказского фронта за создание угрозы окружения для 9-й армии и всей группировки – с заменой 10-ю годами заключения и возможностью отбывать наказание в Действующей армии. Однако искуплению вины он предпочёл прямое предательство).

1-я дивизия РОА (600-я «Панцер Гренадир Дивизион») начала формироваться в Мюзинге в ноябре 1944 года. Власов со 2-й дивизией (650-й по немецкой нумерации) находился в 60 километрах к юго-западу – в Хойберге. После непродолжительного, малоуспешного и сумбурного участия в боевых действиях против наших войск, 1-я дивизия РОА достигла Дрездена и поступила под командование фельдмаршала Шернера – командующего группой войск «Центр».

С Шернером Буняченко не поладил, и 27 апреля 1945 года 1-я дивизия двинулась по направлению к Чехии.

Но зачем?

На усиление группировки Шернера?

Какой там Шернер!

На помощь Праге?

Ни о каких альтруистических побуждениях не могло быть и речи – с любой точки зрения. К тому же, в конце апреля 1945 года в Праге было всё спокойно, и не то что антинемецкого восстания, но и волнений не предвиделось – они начались с утра 1 мая 1945 года.

Что могла сделать «дивизия» Буняченко – двадцать тысяч человек, начинающих разлагаться как воинская общность и быстро превращающихся в десять тысяч? Причём – на фоне могучих танковых «катков» Рыбалко и Лелюшенко, изготовившихся к броску!

Даже если бы к Праге двигалась не деморализованная «дивизия», а когорта героев, против танков Шернера и гренадёров Ваффен-СС она бы не выстояла и пражанам не помогла бы. Но «орлы» Буняченко высоко не летали. Им бы до войск генерала Эйзенхауэра добраться – и то удача.

Собственно, потому Буняченко и шёл в зону боевых действий, что через неё пролегал путь к местам дислокации частей 3-й американской армии. Не освобождать Прагу шли власовцы – они шли в американский плен, страшась советского плена!

К янки рвался и мечущийся Власов, соединившийся с Буняченко. Но даже американцам, начинающим подбирать остающиеся без дела немецкие антисоветские кадры, Власов был не нужен – очень уж одиозен он был даже для янки. К тому же, насчёт выдачи подобного рода публики имелись и межгосударственные договорённости между СССР и союзниками.

Другое дело – чехи…

Чехи, узрев на своей территории воинское формирование в немецкой форме но с русской речью, вначале обрадовались. Чешские партизанские отряды вступили с власовцами в контакт. 2 мая 1945 года 1-я дивизия РОА остановилась в 50 километрах от Праги, и в её расположение прибыла из столицы делегация офицеров чешской армии…

Делегация – момент интересный – попросила Буняченко поддержать восстание. 5 мая 1945 года восстание началось, и повстанцы обратились по радио с призывом о помощи ко всем сразу, включая американцев.

Вечером 5 мая Буняченко был в пригородах Праги, а 6 мая власовцы приняли участие в боевом столкновении с частями СС, высланными для подавления восстания.

ЗАЧЕМ власовцы решили поддержать чехов? Понять это несложно – дивизия РОА вошла в Прагу в расчёте на то, что туда же подойдут янки… Ведь к 5 мая 1945 года части американской армии были к Праге намного ближе, чем советские части… Главное было – сдаться союзникам или устроиться как-то иначе с ними же, а не с советским командованием. Именно это предопределило решение Власова, находившегося в расположении дивизии, и Буняченко присоединиться к восставшим.

На приход американцев явно рассчитывали и те силы в Чехии, которые заваривали «кашу» с преждевременным восстанием, не согласовав его сроки с советским командованием.

Однако уже к вечеру 6 мая 1945 года ситуация для Власова и для не-коммунистических инициаторов Пражского восстания изменилась принципиально. Судя по всему, Пражское восстание инициировали не коммунисты, но чешские коммунисты сумели быстро перехватить инициативу у проамериканских чешских лидеров и возглавить восстание – коль уж оно началось.

В переговорах представителей власовского КОНР (Комитета освобождения народов России) с представителями руководства восстанием последними было заявлено, что чехи Власова о помощи не просили, что повстанцы, ранее обращавшиеся к Власову за помощью, не были представителями ни чешского народа, ни правительства… Две трети новообразованного Чешского правительства составили коммунисты, и они посоветовали Буняченко сдаться наступающей «Руде Армаде», то есть – Красной Армии.

Сам тот факт, что коммунистическое руководство отказалось от услуг «власовцев», говорит и об их «боеспособности», и о том, что повлиять на ситуацию серьёзным образом они сил не имели. А ЦК чешской Компартии, безусловно, связался по радио с командованием советских армий и знал, что танки Лелюшенко и Рыбалко на подходе…

По дороге выяснилось, что часть власовского командования: «генерал-майор» Трухин, «генерал-майор» Боярский, «генерал-майор» Шаповалов и «генерал» Благовещенский, захвачены чешскими красными партизанами. Боярский был расстрелян, Шаповалов повешен. Трухин и Благовещенский – переданы Красной Армии.

Начиналась агония РОА, КОНР и их «верхушки».

12 мая 1945 года Власов был пленён в зоне расположения 25-го танкового корпуса генерал-майора Фоминых. Можно привести полное донесение генерала Фоминых Военному совету 1-го Украинского фронта о том, как это произошло, но – стоит ли?

Интереснее вернуться к союзникам и к Пражскому восстанию.

ПОСЛЕ демарша советского Генерального штаба, настаивавшего на соблюдении договорённостей, достигнутых на Крымской (Ялтинской) конференции в феврале 1945 года, 3-я американская армия была вынуждена остановиться на линии Карлови-Вари, Пльзень, Ческе-Будеёвице.

Простой взгляд на карту Чехии и Центральной Европы показывает, что к моменту начала Пражского восстания наиболее близко к Праге стояли американцы. Мы в тот момент находились дальше – в районе Дрездена и Брно.

Американцам, конечно, и без намёков Черчилля были понятны все стратегические выгоды занятия Праги, однако грубо нарушать ранее достигнутые договорённости с Москвой Вашингтону было не с руки. Русские нужны были как союзники в войне против Японии, а как там получится с атомной бомбой, было ещё неясно – её впервые испытали лишь 16 июля 1945 года на полигоне Аламогордо в пустынном штате Нью-Мексико.

Поэтому американцы ограничились зондажом – в район Праги была выслана бронеколонна разведки, и командовавший ей американский капитан даже встречался с командиром Первого полка Первой дивизии РОА «полковником» Архиповым. Капитан объяснил, что он не является передовым отрядом наступающих войск, а всего лишь должен оценить обстановку — и вовсе не собирается вступать в Прагу.

Однако можно предполагать, что 6 мая 1945 года вопрос о возможном занятии Праги американскими войсками был для янки ещё открыт – если бы Пражское восстание захлёбывалось в крови. Но поскольку дела у повстанцев шли неплохо, капитан со своими разведчиками убрался восвояси.

В итоге Прагу заняли соединения только Красной Армии.

Но не всё тут до конца ясно.

Советские источники отдают инициативу подготовки восстания, всё же, Коммунистической партии Чехословакии. Мол, ещё 29 апреля ЦК КПЧ обсудил вопрос о восстании и распределил между членами ЦК обязанности по руководству им, после чего был разработан детальный план восстания.

Всё это, скорее всего, так и было. Но коммунистический план Пражского восстания не исключает наличия некоммунистического (и даже – антикоммунистического, как в Варшаве в 1944 году) плана Пражского восстания…

А поскольку работать «на упреждение» надо было антикоммунистам, они и поспешили восстать. Ну, в самом-то деле – если то Пражское восстание, которое началось 5 мая 1945 года, было подготовлено коммунистами, то почему оно оказалось полной неожиданностью для Москвы? Ведь танкистам армий Рыбалко и Лелюшенко пришлось срочно прорываться к Праге без положенного уставами прикрытия – на максимально возможном ходу! И вся эта спешка была результатом странной, не скоординированной с нами, инициативы пражан.

Вне сомнения, коммунисты действительно готовили восстание, рассчитывая подгадать его к моменту выхода советских войск на подступы к Праге, то есть – где-то к 10-11 мая 1945 года. Но, похоже, проамериканские силы в Чехии форсировали сроки, и форсировали их по договорённости с Вашингтоном…

Будет вполне логичным предположить при этом, что янки санкционировали восстание в расчёте на то, что русские в острой ситуации дрогнут и согласятся на продвижение 3-й американской армии до Влтавы и Праги. Даже если бы потом пришлось возвращаться на прежнюю линию демаркации, политический барыш на походе в Прагу янки получили бы.

Во-первых, возврат Праги стал бы уступкой России – пусть и заранее оговорённой, но – уступкой.

А за уступки надо платить уступками.

Во-вторых, войдя в Прагу первыми, американцы могли бы оказать влияние на развитие ситуации в Чехии в более выгодную для них сторону, поскольку к тому времени она развивалась в сторону прямо противоположную.

Наконец, американским входом в Прагу срывался бы тот огромный политический, пропагандистский и агитационный эффект, который Советский Союз получил, освободив Прагу единолично. Ведь советские войска продвигались по освобождённому городу в море людей и цветов! Ни в одной славянской столице нас не встретили так, как в Праге.

Надо было это Америке?

ПОЭТОМУ не приходится сомневаться – какие-то тайные действия американцы в начале мая 1945 года в Чехословакии предпринимали. Напомню: 4 мая Эйзенхауэр – безусловно с санкции Вашингтона – провёл зондаж советской позиции, предложив начальнику нашего Генерального штаба Антонову согласиться с продвижением американских войск до западных берегов Влтавы и Праги.

Москва Вашингтону жёстко отказала, и уже на следующий день Прага восстаёт, а 6 мая «Нью-Йорк Таймс» сообщает о восстании в Праге.

Американцы вновь запрашивают нас, мы вновь отказываем. И ситуация развивается так, как развивается, постепенно естественным образом «левея» и «краснея». Однако неясностей всё ещё хватает.

Вот, например, что докладывали наши танковые командармы...

Генерал Рыбалко: «Власть в городе принадлежит Национальной Раде, профессору Альберту Пражаку. Военный штат восстания – командующий восстанием капитан Георгий Нежанский...».

Генерал Лелюшенко: «Связь с повстанцами – через бригадного генерала Ведравба».

Странная неувязка – то восстанием руководит капитан, то – генерал. Да и профессор Альберт Пражак не похож на соратника коммуниста Клемента Готвальда. А где же члены подпольного ЦК КПЧ, руководители якобы коммунистического – если верить советским источникам – восстания? Уж они-то должны были выходить на связь с советскими генералами-коммунистами в первую очередь…

С исторического отдаления и в свете всего, что мы сегодня знаем о той войне, можно предполагать, что янки спровоцировали преждевременное восстание в Праге так же, как англичане спровоцировали преждевременное восстание в Варшаве летом 1944 года. И побуждения в обоих случаях были сходными – боязнь окончательного перехвата власти в Польше, Чехии и Словакии левыми силами и даже – не дай бог! – коммунистами.

Но 1945 год – не 1944 год! Если за восемь месяцев до этого Варшавское восстание утонуло в море крови, то Пражское утопало в море цветов и улыбок. Характерно, что 9 мая 1945 года маршал Конев и член Военного Совета Крайнюков вынуждены были отдать следующее боевое распоряжение командующему 4-й гвардейской танковой армией Лелюшенко:

«Приказываю немедленно занять Бенешов (20 км юго-восточнее Праги). Не допустить отхода немцев на соединение с союзниками. Прекратите празднование в Праге.

Об исполнении донести.

КОНЕВ

КРАЙНЮКОВ».

По своему своеобразию и смыслу это, в некотором роде, наиболее замечательный документ 1945 года. И в нём самым счастливым образом смешались последние военные заботы воинов Конева, и их уже мирное веселье.

В Варшаве летом 1944 года так быть не могло, но вины русских в том не было – поляки пали жертвой собственной же провокации. Теперь времена изменились кардинально, и это определило абсолютно разные судьбы двух восстаний в двух славянских столицах.

Сергей Кремлёв (Брезкун), специально для «Посольского приказа»

Завершение освобождения Чехословакии

Борьба за освобождение Чехословакии началась еще в сентябре 1944 г., когда советские войска вступили на ее территорию. К концу апреля 1945 г. они освободили почти всю Словакию, включая ее столицу - Братиславу, и крупные промышленные центры - города Моравска-Острава и Брно. Разгром берлинской группировки вермахта и падение Берлина привели к развалу всей военной машины фашистской Германии. В первых числах мая немецко-фашистские войска, действовавшие на западном и итальянском фронтах, прекратили сопротивление и начали сдаваться в плен, в то время как на советско-германском фронте и в Югославии продолжали упорно обороняться. Крупная группировка противника находилась на территории Чехословакии и в северных районах Австрии.

К началу мая в полосе 1, 4, 2 и 3-го Украинских фронтов на рубеже Вурцен, Каменц, Штригау, Крнов, Штернберк, западнее Брно, Штоккерау, западнее Глогниц оборонялись войска группы армий «Центр» под командованием фельдмаршала Ф. Шернера и часть войск группы армий «Австрия», которой командовал генерал Л. Рендулич. Всего в составе этой группировки имелось 65 дивизий, 3 бригады и 15 отдельных полков. Основная часть войск врага действовала перед центром и левым крылом 1-го Украинского фронта. Они опирались на заблаговременно подготовленную мощную оборону. Перед правым крылом фронта линия соприкосновения не была стабильной и оборона противника была слабее. На направлениях ударов войск 4-го и 2-го Украинских фронтов вражеская оборона состояла из укреплений полевого типа, созданных в тактической глубине. Опираясь на подготовленные позиции, немецко-фашистские войска продолжали упорно обороняться. На ряде участков они предпринимали контратаки. Советское командование располагало данными, что фашисты не оставили надежд на деблокаду своих войск, окруженных в Бреслау.

Располагая еще крупными силами, новое руководство фашистской Германии никак не хотело признать безнадежность своего положения. Следуя прежнему политическому курсу, правящая верхушка и монополистические круги Германии пытались путем сепаратной сделки с США и Великобританией разобщить союзные державы и выиграть время для спасения своего милитаристского государства. Правительство Деница рассчитывало задержать продвижение советских войск на запад, открыть американо-английским войскам свободный проход на восток для оккупации ими как можно большей территории Германии, Чехословакии и Австрии. В связи с этим германским вооруженным силам 5 мая был отдан приказ, в котором говорилось: «Складывая оружие в Северо-Западной Германии, Дании и Голландии, мы исходим из того, что борьба против западных держав потеряла смысл. На востоке, однако, борьба продолжается...»

Положение немецко-фашистских войск на территории Чехии и Моравии осложнялось нараставшим национально-освободительным движением. По мере продвижения советских войск в глубь Чехословакии активизировалась партизанская борьба. В начале марта в стране сражались 20 партизанских соединений, бригад и отрядов, насчитывавших свыше 7700 человек.

Обстановка в Чехословакии неоднократно обсуждалась фашистским руководством. На совещании 3 мая, на котором кроме членов «правительства» К. Деница присутствовали В. Кейтель, А. Йодль, гитлеровский наместник Чехии и Моравии К. Франк и начальник штаба группы армий «Центр» генерал О. Нацмер, состояние группы армий «Центр» оценивалось как безнадежное, но, вопреки здравому смыслу, считалось, что капитулировать на восточном фронте нельзя. На совещании отмечалось: «Наиболее тяжелое положение в армии Шернера. Общая обстановка вынуждает его к капитуляции, но последняя невозможна, так как в этом случае вся армия полностью окажется во власти русских». Вследствие этого было подтверждено ранее принятое решение выжидать развития политических событий, а пока готовить группу армий «Центр» к отходу на запад для капитуляции перед американцами.

Военно-политическая обстановка, сложившаяся в конце апреля - начале мая, требовала экстренных мер по освобождению оккупированных районов Чехословакии. Еще не был завершен разгром берлинской группировки противника, а Ставка Верховного Главнокомандования приняла решение о проведении Пражской операции. 1-2 мая в ряде городов Чехословакии начались стихийные выступления против оккупантов, постепенно приобретавшие организованную форму.

Советские войска занимали выгодное стратегическое положение: группировка врага, действовавшая на территории Чехословакии, была охвачена с севера, востока и юго-востока армиями 1, 4 и 2-го Украинских фронтов. На 650-километровом фронте, от Потсдама до Крнова, действовал 1-й Украинский фронт. Войска его правого крыла и центра (3-я и 4-я гвардейские танковые, 3-я и 5-я гвардейские, 2-я армия Войска Польского, 13, 28 и 52-я армии, 4-й гвардейский, 25-й и 1-й польский танковые, 7-й гвардейский механизированный и 1-й гвардейский кавалерийский корпуса) с 1 мая начали последовательную перегруппировку и подготовку наступления на пражском направлении. В то же время войска левого крыла (31, 21, 59-я армии генералов П. Г. Шафранова, Д. Н. Гусева и И. Т. Коровникова) занимали оборону на рубеже западнее Левенберга, севернее Крнова. 6-я армия продолжала блокировать гарнизон крепости Бреслау. Действия наземных войск фронта поддерживала 2-я воздушная армия генерала С. А. Красовского, главные усилия которой также перенацеливались на пражское направление.

4-й Украинский фронт (60, 38, 1-я гвардейская и 18-я армии, а также 31-й танковый корпус), действуя в полосе шириной 220 км, от Крнова до Всетина, завершал Моравска-Остравскую операцию. В составе 18-й армии находился 1-й чехословацкий армейский корпус. Наземные соединения поддерживала 8-я воздушная армия, в которую входила 1-я чехословацкая смешанная авиационная дивизия. Войсками фронта с 26 марта командовал генерал А. И. Еременко.

От Всетина до Корнёйбурга, в полосе 350 км, наступали войска 2-го Украинского фронта. Его правое крыло (40, 53, 6-я гвардейская танковая, а также 4-я и 1-я румынские армии генералов Н. Дэскэлеску и В. Атанасиу) продвигалось на Оломоуц, навстречу войскам 4-го Украинского фронта. Остальные (7-я гвардейская и 46-я армии, а также 1-я гвардейская конно-механизированная группа генерала И. А. Плиева в составе механизированного и двух кавалерийских корпусов) временно перешли к обороне. 23-й танковый корпус находился в резерве фронта. Наземные войска фронта поддерживала 5-я воздушная армия.

Таким образом, к началу мая на 1220-километровом фронте, от Потсдама до Дуная, в составе трех Украинских фронтов действовало 20 общевойсковых (в том числе две румынские и польская), 3 танковые и 3 воздушные армии, конно-механизированная группа, а также 5 танковых (один польский), механизированный и кавалерийский отдельные корпуса. Советские войска превосходили противника в людях более чем в два раза, а по количеству танков силы были равные. Решающий перевес советские войска имели в артиллерии и авиации, где их превосходство было трехкратным.

Благоприятная общая военно-политическая обстановка и выгодное оперативное положение позволяли советским войскам в короткий срок выполнить задачу по завершению освобождения Чехословакии.

И тем не менее, как отмечал маршал И. С. Конев, «пражская операция отнюдь не носила символического характера, как это иногда пытаются изобразить на Западе. Нам предстояла серьезная борьба с большой группировкой вооруженных сил Германии, на которую делало ставку “правительство” Деница, рассчитывая, что спасение этой группировки даст возможность хотя бы еще на какое-то время продлить существование Третьего рейха». При планировании Пражской операции советское командование стремилось избрать наиболее решительную и эффективную форму наступления трех фронтов. Общий ее замысел состоял в том, чтобы нанесением нескольких ударов по сходящимся направлениям на Прагу окружить, расчленить и в короткие сроки разгромить основные силы немецко-фашистских войск на территории Чехословакии, не допустить их отхода на запад или юго-запад. Главные удары по флангам группы армий «Центр» должны были наносить войска 1-го Украинского фронта из района северо-западнее Дрездена и войска 2-го Украинского фронта из района южнее Брно.

В соответствии с этим замыслом Ставка отдала фронтам необходимые распоряжения. 1-й Украинский фронт еще 1 мая получил директиву закончить ликвидацию окруженной группировки в районе Луккенвальде, в своей полосе очистить от противника территорию Берлина, не позднее 4 мая передать 1-му Белорусскому фронту занимаемый район в столице Германии и южнее ее до линии Люббен, Виттенберг. Затем войска правого крыла фронта предполагалось использовать для стремительного наступления в общем направлении на Прагу.

Командующий 2-м Украинским фронтом получил 2 мая директиву Ставки, в которой приказывалось нанести удар в общем направлении на Йиглаву, Прагу с задачей не позднее 12-14 мая овладеть рубежом Йиглава, Хорн, а в дальнейшем выйти на реку Влтава и освободить Прагу. Частью сил правого крыла фронт должен был продолжать наступление в направлении на Оломоуц. 5 мая Ставка передала 9-ю гвардейскую армию из 3-го Украинского фронта во 2-й, приказав сосредоточить ее на левом берегу Дуная, севернее Вены, и ввести в сражение между 7-й гвардейской и 46-й армиями для наступления в общем направлении на Пльзень.

Начало наступления ударных группировок обоих фронтов было назначено на 7 мая. Войска 4-го Украинского фронта продолжали выполнение поставленной ранее задачи по ликвидации оломоуцкого выступа противника.

В соответствии с общим замыслом операции командующий 1-м Украинским фронтом маршал И. С. Конев решил нанести главный удар силами 13-й армии, 3-й и 5-й гвардейских, 4-й и 3-й гвардейских танковых армий, двух танковых и кавалерийского корпусов из района Ризы вдоль левых берегов Эльбы и Влтавы в общем направлении на Прагу. Второй удар с целью рассечь вражескую группировку фронт должен был нанести на третий день операции из района северо-западнее Гёрлица силами 28-й и 52-й армий генералов А. А. Лучинского и К. А. Коротеева, а также механизированного корпуса в общем направлении на Циттау, Млада Болеслав, Прага. Третий удар в обход Дрездена с юго-востока наносила 2-я армия Войска Польского с 1-м польским танковым корпусом. При глубине операции около 150 км среднесуточный темп наступления планировался 20-25 км. Авиационное обеспечение наступления войск фронта возлагалось на 2-ю воздушную армию.

По решению командующего 2-м Украинским фронтом маршала Р. Я. Малиновского главный удар на Прагу намечалось нанести утром 7 мая из района южнее Брно силами 7-й гвардейской общевойсковой и 6-й гвардейской танковой армий. Через два дня левее 7-й гвардейской армии должна была перейти в наступление 9-я гвардейская армия, а правее удар на Прагу наносили 53-я армия с оперативно подчиненными ей двумя армейскими корпусами 1-й румынской армии и 1-я гвардейская конно-механизированная группа. 40-я армия совместно с 4-й румынской армией должна была продвигаться на Оломоуц. По указанию Ставки Верховного Главнокомандования к наступлению в общем направлении на Ческе-Будеёвице привлекалась также находившаяся на левом крыле фронта 46-я армия. Наземные войска поддерживала 5-я воздушная армия.

Командующий 4-м Украинским фронтом генерал А. И. Еременко решил, продолжая наступление на оломоуцком направлении, создать для удара на Прагу подвижную группу и подготовить воздушный десант в составе стрелкового батальона. Начало действий подвижной группы ставилось в зависимость от степени сопротивления противника на пражском направлении. 1-й чехословацкий армейский корпус получил задачу продолжать наступление совместно с войсками 18-й армии на Оломоуц, с востока. Авиационное обеспечение наступления возлагалось на 8-ю воздушную армию.

В соответствии с принятыми решениями во фронтах начались перегруппировки войск и непосредственная подготовка их к наступлению. Наиболее сложной была перегруппировка войск 1-го Украинского фронта. В течение пяти дней здесь предстояло перебросить на 100-200 км четыре общевойсковые и две танковые армии, два танковых, механизированный, кавалерийский и артиллерийский корпуса. 6 мая эта задача была выполнена. Крупные перегруппировки войск проводились также во 2-м Украинском фронте. Однако к началу операции они не были полностью завершены, так как сложившаяся в Чехословакии обстановка потребовала от советского командования ускорить начало операции.

В ходе подготовки наступления командиры и политработники провели большую работу по мобилизации воинов на быстрое и образцовое выполнение сложной военно-политической задачи. Были приняты действенные меры по ликвидации самоуспокоенности, появившейся среди личного состава некоторых частей после взятия Берлина. Как и в предыдущих операциях, прежде всего были проведены важные организационные мероприятия по правильной расстановке коммунистов, усилению партийного влияния, особенно в тех частях и соединениях, которым предстояло решать наиболее сложные задачи. Участие в операции войск Польши, Чехословакии и Румынии потребовало уделить внимание вопросам укрепления боевого содружества воинов братских армий.

Солдатам и офицерам всех фронтов разъяснялось значение освободительной миссии Советской армии по отношению к чехословацкому народу, все еще находившемуся под игом оккупантов. Отданные военными советами фронтов директивы требовали повышения бдительности и ведения беспощадной борьбы с вражеской агентурой.

До сведения всего личного состава было доведено сообщение о начавшемся 5 мая в Праге вооруженном восстании и просьбе восставших о помощи, с которой они обратились к командованию Советской армии и союзников. Все это усиливало наступательный порыв советских воинов, вызывало у них неудержимое стремление быстрее помочь братьям - чехам и словакам.

Утром 6 мая в полосе ударной группировки 1-го Украинского фронта oбыла проведена разведка боем, которая показала, что оборона противника на этом направлении не сплошная, а на ряде участков его войска отходят в южном направлении. Командующий фронтом решил развить успех передовых батальонов непосредственным вводом главных сил. Во второй половине дня после короткой, но мощной артиллерийской подготовки в наступление перешли главные силы 13-й и 3-й гвардейской армий генералов Н. П. Пухова и В. Н. Гордова, а также действовавшие в их полосах 25-й и 4-й гвардейский танковые корпуса и соединения 4-й и 3-й гвардейских танковых армий генералов Д. Д. Лелюшенко и П. С. Рыбалко. К вечеру вступила в сражение и 5-я гвардейская армия генерала А. С. Жадова. Одновременный ввод в одних и тех же полосах общевойсковых и танковых армий - главная отличительная черта Пражской операции. «Этим, - писал Конев, - сразу обеспечивались максимальная мощь удара, стремительное сокрушение обороны противника и дальнейшее движение вперед без обычных затрат времени, необходимых на ввод танков в прорыв». Наиболее успешным было наступление 4-й гвардейской танковой и 13-й армий, войска которых к исходу 6 мая продвинулись на 23 км, выполнив задачу первого дня операции. Важным итогом явилась капитуляция более чем 40-тысячного гарнизона Бреслау, признавшего бесперспективность дальнейшего сопротивления, перед войсками 6-й армии генерала В. А. Глуздовского.

Наступление ударной группировки продолжалось в нарастающих темпах. К исходу 7 мая 4-я гвардейская танковая и 13-я армии продвинулись на 45 км и вышли к северным склонам Рудных гор. 3-я гвардейская армия овладела городом Мейсен, а войска 3-й гвардейской танковой и 5-й гвардейской армий завязали бои за Дрезден. Тем временем положение восставших в Праге серьезно ухудшилось. Немецко-фашистские войска продвинулись к центру города. По малейшему подозрению фашисты зверски расправлялись с жителями. Защитники города нуждались в оружии и боеприпасах. Среди буржуазных элементов, примкнувших к восстанию, стали появляться капитулянтские тенденции, многие из офицеров бывшей чехословацкой армии покинули баррикады.

В сложившейся обстановке от советских войск требовалось как можно быстрее оказать помощь восставшим и отрезать войскам группы армий «Центр» все возможные пути отхода на запад. 7 мая в наступление перешли войска центра и левого крыла 1-го Украинского фронта, причем некоторые армии к этому времени еще не закончили сосредоточение в новых районах. В этот же день начали наступление на Прагу войска 2-го Украинского фронта. После 30-минутной артиллерийской подготовки соединения 7-й гвардейской армии генерала М. С. Шумилова прорвали оборону противника на 25-километровом фронте и к исходу дня продвинулись на глубину до 12 км.

Для наращивания удара войск 2-го Украинского фронта в полосе 7-й гвардейской армии в сражение была введена 6-я гвардейская танковая армия генерала А. Г. Кравченко, а левее - 9-я гвардейская армия генерала В. В. Глаголева. Возобновила наступление севернее Вены и 46-я армия генерала А. В. Петрушевского. К исходу дня танковая армия продвинулась более чем на 50 км, овладела городом Яромержице и подошла к Йиглаве. Войска 4-го Украинского фронта 6 и 7 мая продолжали наступление на Оломоуц и 8 мая освободили его. Главные силы фронта - 60, 38, 1-я гвардейская и 18-я армии под командованием генералов П. А. Курочкина, К. С. Москаленко, А. А. Гречко, А. И. Гастиловича - развернули наступление на пражском направлении. Успеху войск 4-го и 2-го Украинских фронтов в значительной мере содействовала авиация 8-й и 5-й воздушных армий генералов В. Н. Жданова и С. К. Горюнова. Для поддержки войск 2-го Украинского фронта была привлечена и 17-я воздушная армия 3-го Украинского фронта, которой командовал генерал В. А. Судец.

Решающим днем в ходе операции стало 8 мая. К исходу его войска правого крыла 1-го Украинского фронта продвинулись до 40 км, сломили сопротивление врага на рубеже Рудных гор и вступили на территорию Чехословакии. Передовые части танковых армий находились в 70 - 80 км от Праги. В ходе боевых действий танкисты 4-й гвардейской танковой армии разгромили штаб Шернера, который продвигался из Яромержа в Карлови-Вари, где уже находились американцы. Управление войсками группы армий «Центр» было нарушено.

Войска 3-й и 5-й гвардейских армий во взаимодействии с 3-й гвардейской танковой армией при содействии 2-й армии Войска Польского генерала К. К. Сверчевского к исходу 8 мая полностью овладели Дрезденом. В окрестностях города советские войска обнаружили и спасли спрятанные гитлеровцами в пещерах ценнейшие произведения мирового искусства из знаменитой Дрезденской картинной галереи. Войска центра и левого крыла фронта перешли к преследованию противника, начавшего отход во всей полосе наступления этих армий. Действенную поддержку наземным войскам оказывала 2-я воздушная армия: только в течение этого дня летчики совершили 2,8 тыс. самолето-вылетов.

Население Чехословакии с огромной радостью встречало советских воинов-освободителей. Жители многих населенных пунктов приветствовали их красными знаменами и цветами, как дорогих гостей приглашали в свои дома. На чешском и русском языках раздавались здравицы в честь великого Советского Союза и его армии.

Вечером 8 мая немецко-фашистским войскам было передано обращение советского командования с требованием безоговорочной их капитуляции и предложено к 23 часам сложить оружие. Однако командование группы армий «Центр» даже не ответило на обращение. Как свидетельствовали потом пленные из 1-й танковой армии, захваченные в районе Оломоуца, хотя в тот день немецким войскам и было объявлено о капитуляции Германии, но тут же указывалось на необходимость ускорить отход на запад, чтобы сдаться в плен американцам. Из Берлина в штаб группы армий «Центр» был направлен офицер германского генерального штаба полковник Мейер-Детринг, который так разъяснил Шернеру «приказ о капитуляции»: «...как можно дольше продолжать борьбу против советских войск, ибо только при этом условии многочисленные части немецкой армии смогут выиграть время для того, чтобы пробиться на запад».

По-прежнему сложной оставалась обстановка в Праге. Днем 8 мая фашистское командование согласилось на разоружение своих войск при условии, что им будет предоставлена возможность свободного отхода на запад. Чешский национальный совет по настоянию входивших в него буржуазных представителей принял это провокационное предложение. Больше того, фашисты добились разрешения сдать легкое оружие лишь тогда, когда достигнут демаркационной линии с американскими войсками. Вечером начался отход отдельных подразделений противника. Между тем части СС продолжали зверски уничтожать население города.

В ночь на 9 мая 4-я и 3-я гвардейские танковые армии 1-го Украинского фронта совершили 80-километровый бросок, и на рассвете их передовые части вступили в Прагу, а вслед за ними утром 9 мая - передовые части 3-й гвардейской и 13-й армий. В этот же день с востока в столицу Чехословакии вошли передовые подразделения фронтовой подвижной группы из 60-й армии и передовой отряд подвижной группы 38-й армии 4-го Украинского фронта. В составе последней были танкисты 1-й отдельной чехословацкой танковой бригады. С юга в город вступили подразделения 6-й гвардейской танковой армии и 1-й гвардейской конно-механизированной группы 2-го Украинского фронта. При активной поддержке населения советские войска к 10 часам утра полностью освободили Прагу от захватчиков.

С выходом советских войск в район Праги пути возможного отхода основных сил группы армий «Центр» на запад и юго-запад были отрезаны. Вне окружения оказалось лишь несколько дивизий, находившихся на флангах группировки и отсеченных от ее основных сил. 10-11 мая советские войска пленили основные силы гитлеровцев. Одновременно армии 1-го и 2-го Украинских фронтов продолжали наступление на запад. К исходу 11 мая они вышли на линию Хемниц, Карлови-Вари, Пльзень, где состоялась встреча с американскими войсками.

В ходе Пражской операции было взято в плен около 860 тыс. солдат и офицеров противника, захвачено в качестве трофеев 9,5 тыс. орудий и минометов, 1,8 тыс. танков и штурмовых орудий, 1,1 тыс. самолетов, а также большое количество другого вооружения и боевой техники.

В Пражской операции вместе с советскими и чехословацкими воинами плечом к плечу сражались за свободу чехословацкого народа польские и румынские солдаты, офицеры и генералы. Боевые действия Советской армии с участием польских, румынских и чехословацких войск на пражском направлении строились на основе накопленного в годы войны опыта, учета сил и средств национальных армий, взаимодействия между командованиями и штабами. Верное идеям интернациональной солидарности и сплоченности трудящихся и всех прогрессивных сил в борьбе против немецко-фашистских поработителей, советское командование постоянно проявляло заботу о боевых союзниках, всесторонне помогало им в достижении успеха, своевременно реагировало на вопросы, возникавшие в ходе выполнения ими поставленных задач.

Освобождение Чехословакии знаменовало коренной поворот в судьбах народов этой страны, которые смогли под руководством своей коммунистической партии в короткий срок осуществить важные революционные преобразования в политической и экономической жизни.

Более 140 тыс. советских воинов пали смертью храбрых в боях за освобождение Чехословакии. В знак вечной признательности погибшим воинам воздвигнуты многочисленные памятники. Улицы и площади в разных городах носят имена советских воинов. Одна из площадей Праги, на которой в память о тех незабываемых днях навечно застыл советский танк, названа Площадью советских танкистов. Многие советские воины избраны почетными гражданами различных городов страны. День вступления советских войск в Прагу - 9 мая - стал национальным праздником народов Чехословакии - Днем освобождения.

Пражская операция явилась еще одним ярким свидетельством высоких организаторских способностей воспитанных партией полководцев и замечательного мастерства воинов Советской армии. Советское правительство высоко оценило боевые успехи советских войск в операции. Более чем 50 соединениям были присвоены почетные наименования, а около 260 соединений и частей награждены орденами. Тысячи советских воинов получили ордена и медали, а лучшим из них было присвоено звание Героя Советского Союза. В ознаменование выдающейся победы Советских Вооруженных Сил была учреждена медаль «За освобождение Праги», которую получили 390 тыс. человек, в том числе более 40 тыс. граждан Чехословакии.

Берлинская и Пражская операции явились завершающими операциями Советских Вооруженных Сил в Европе. Ставка Верховного Главнокомандования, правильно оценив военно-политическую обстановку, избрала берлинское направление главным направлением военных действий. В разгроме берлинской группировки участвовали войска 1-го и 2-го Белорусских и 1-го Украинского фронтов. Одновременно с этим, решая свои задачи, вели наступление войска 4-го и 2-го Украинских фронтов, в результате чего они освободили часть Чехословакии и сковали значительные силы групп армий «Центр» и «Юг». Берлинская операция поучительна быстрой ликвидацией окруженных группировок врага. В ней в течение десяти дней были одновременно ликвидированы две крупные группировки, насчитывавшие почти 500 тыс. человек. То обстоятельство, что развитие боевых действий как по срокам их осуществления, так и по направлениям наступления фронтов в основном соответствовало разработанному плану, служит ярким свидетельством высокого мастерства командного состава и штабов всех инстанций.

Взятие советскими войсками столицы фашистского государства - Берлина, являвшегося важнейшим военно-политическим и экономическим центром страны, - сорвало все расчеты гитлеровского руководства затянуть войну, внести раскол в ряды антифашистской коалиции и ускорило безоговорочную капитуляцию. Победа Советских Вооруженных Сил в Берлинской операции создала благоприятные условия для ликвидации последней крупной группировки немецко-фашистских войск на территории Чехословакии.

Пражская наступательная операция явилась заключительной операцией в войне против фашистской Германии. Подготовленная и проведенная в исключительно короткие сроки, в сложной военно-политической и оперативно-стратегической обстановке, она вошла в историю войн и военного искусства как образец гибкого и мобильного управления войсками, тесного взаимодействия войск трех фронтов, наносивших удары по сходящимся направлениям, высокоманевренных действий с применением самых решительных форм и способов ведения вооруженной борьбы.

Берлинская и Пражская операции явились венцом советского военного искусства, в них был воплощен огромный опыт Советских Вооруженных Сил, накопленный в предшествующие годы войны.

Для этой цели планировалось нанесение ударов по обоим флангам группы армий «Центр»: из района северо-западнее Дрездена войсками 1-го Украинского фронта и из района южнее Брно войсками 2-го Украинского фронта с последующим развитием их по сходящимся направлениям на Прагу.
Одновременно с нанесением этих ударов имелось в виду наступлением центра и левого крыла 1-го Украинского фронта с северо-востока, всех сил 4-го Украинского фронта с востока и армий правого крыла 2-го Украинского фронта с юго-востока рассечь окружаемую группировку на части, обеспечив тем самым ее быстрейший разгром и пленение. Намечалось также создание внешнего фронта окружения. Войска, образовавшие этот фронт, должны были войти в соприкосновение с американскими войсками, выходящими на западную границу Чехословакии.
1-й Украинский фронт получил задачу: «... Не позже 3 мая закончить ликвидацию окруженной группировки немецко-фашистских войск в районе Луккенвальде и очистить от противника территорию Берлина в своих границах. Войска правого крыла фронта использовать для стремительного наступления в общем направлении на Прагу. Передовыми частями правого крыла выйти на реку Мульде».
2 мая мы получили директиву командующего войсками 1-го Украинского фронта сдать свой боевой участок войскам 1-го Белорусского фронта и сосредоточиться в лесах в 35-50 км южнее Берлина для подготовки удара на Прагу. В директиве указывалось: «Войсками правого крыла перейти в стремительное наступление по обоим берегам реки Эльбы в общем направлении на Прагу с целью разгромить дрезденско-гёрлицкую группировку противника и танковыми армиями на шестой день операции овладеть столицей Чехословакии городом Прага».
Для достижения поставленной цели командованием предусматривалось нанести главный удар из района Ризы силами трех общевойсковых армий: 3-й гвардейской генерал-полковника В. Н. Гордова, 13-й генерал-полковника Н. П. Пухова и 5-й гвардейской генерал-полковника А. С. Жадова и двух танковых: 3-й гвардейской генерал-полковника П. С. Рыбалко и 4-й гвардейской.
Наша 4-я гвардейская танковая армия должна была наступать вдоль западных берегов рек Эльбы и Влтавы в общем направлении Теплице-Шанов-Прага.
Танковые армии должны были действовать в боевых порядках общевойсковых армий, нанося удар одновременно с ними:
4-я гвардейская танковая - в полосе 13-й армии, а 3-я гвардейская танковая - первоначально в полосе 3-й гвардейской, затем в полосе 5-й гвардейской общевойсковых армий.
4-й гвардейской танковой армии предписывалось с участка 13-й армии наступать в направлении Носсен - Теплице-Шанов - Прага и на шестой день с запада и юго-запада вместе с 3-й гвардейской танковой армией овладеть Прагой. В первый день операции предстояло занять район Госберг, Обер-Шар, Носсен.
Танковые армии должны были сразу же после прорыва вражеской обороны, не втягиваясь в бои за Дрезден, стремительно, на плечах противника совместно с общевойсковыми армиями овладеть горными перевалами и через Рудные горы выйти в Чехословакию на тылы группы армий «Центр».
Готовность к наступлению назначалась на вечер 6 мая.
Нашим ближайшим правым соседом, наступавшим на г. Хемниц (ныне Карл-Маркс-Штадт), был 25-й танковый корпус генерал-майора Е. И. Фоминых (после овладения Прагой это соединение перешло в наше оперативное подчинение). Этот танковый корпус окончательно разгромил банду Власова, пленив его самого со штабом 11 мая 1945 г. в районе г. Хемниц. Важную роль в пленении Власова сыграл командир мотострелкового батальона 181-й танковой бригады полковника Мищенко капитан Якушев. За этот подвиг он удостоен ордена Суворова II степени.
Получив директиву, мы вместе со штабом при участии командира 1-го гвардейского штурмового авиационного корпуса В. Г. Рязанова внимательно изучили замысел предстоящей операции и в тот же день поставили задачи войскам. 6-му гвардейскому механизированному корпусу со средствами усиления совместно с 13-й армией приказывалось прорвать оборону противника на участке Мюгельн, Наундорф и к исходу первого дня, стремительно наступая в направлении Катниц-Носсен, овладеть районами: главными силами - Гросс-Фойгтсберг, Хиршфельд, Носсен, передовым отрядом - Фрейберг. Разведку вести в направлении Одеран - Мительзейда. На второй день операции развить наступление на Лихтенберг и к исходу дня овладеть районом Фридебах, Нассау, Диттерстбах. 10-му гвардейскому танковому корпусу совместно с частями 13-й армии предстояло начать наступление на участке Казабра, Реппен и, стремительно наступая в направлении Некканиц-Рауслиц, к исходу первого дня овладеть районом Обер-Шар, Мохорн, Таннеберг. На второй день операции развивать наступление в направлении Гриллебург-Шёнфельд и к исходу дня овладеть районом Хермсдорф, Хённерсдорф, Рейхенау.
5-й гвардейский механизированный корпус получил задачу двигаться во втором эшелоне за 6-м гвардейским механизированным корпусом, находясь в готовности отразить контратаки противника с юго-запада, и развить наступление 6-го гвардейского механизированного корпуса. К исходу первого дня операции он должен был выйти в район 8 км северо-западнее Носсена, а затем выдвинуться к Вейсенбергу (6 км юго-восточнее Фрейберга).
Всем соединениям предписывалось развивать стремительные действия, особенно в первые два дня операции, с тем чтобы успеть захватить перевалы горного кряжа прежде, чем противник сумеет организовать на них оборону; не прекращать наступления ночью; учесть особенности действия на пересеченной горно-лесистой местности. В передовые отряды были включены саперные части и переправочные средства.
В резерв предназначались 68-я гвардейская танковая и 70-я гвардейская самоходно-артиллерийская бригады, а также ряд других частей армейского подчинения. Оперативная группа штаба армии должна была следовать с главными силами 10-го гвардейского корпуса.
3 мая 4-я гвардейская танковая армия передала свой боевой участок 69-й армии 1-го Белорусского фронта и на следующий день сосредоточилась в лесах в районе Даме южнее Берлина.
Личный состав частей и соединений напряженно работал над подготовкой марша в ночное время. Переправа через Эльбу в районе Торгау с наступлением темноты должна была обеспечить внезапность нашего появления перед обороняющимися немецко-фашистскими войсками. Исключительно внимательно и вдумчиво отнеслись к подготовке этой заключительной операции К. И. Упман, С. С. Маряхин, Н. Ф. Ментюков, А. Я. Остренко, М. А. Полуэктов, командиры корпусов Е. Е. Белов, И. П. Ермаков, С. Ф. Пушкарев и все другие командиры соединений и частей.
До начала операции было подано в среднем 2 боекомплекта, 3 заправки горючего для танков, 3,5 заправки для автомашин, продовольствия 10 сутодач.
Мы с В. Г. Гуляевым выехали к своим соседям и встретились с командующим 13-й армией генералом Н. П. Пуховым и членом военного совета армии М. А. Козловым, чтобы увязать наши действия. Встреча была короткой, но деловой.
В ночь на 5 мая войска армии начали марш. 5 мая получили указание от командующего фронтом атаковать противника не 7 мая, как предписывалось первоначально, а на день раньше - 6 мая. Это, видимо, обусловливалось всей военно-политической обстановкой в последние дни войны, и частности восстанием в Чехии, о подготовке которого уже упоминалось. Оно развернулось с большой силой в Праге. Гитлеровский гауляйтер Франк, чтобы выиграть время, начал переговоры с руководством восставших, а Шернер отдал категорический приказ о подавлении восстания любыми средствами. Нам до наступления на Прагу об этом не было известно, но Ставка Верховного Главнокомандования, конечно, располагала соответствующей информацией.
Переправившись через Эльбу в районе Торгау и несколько южнее, к утру 6 мая армия главными силами заняла исходное положение для наступления на рубеже Мюгельн, Церен (50 км северо-западнее Дрездена). Некоторые наши части в это время были еще в пути.
Вблизи района сосредоточения армии находились соединения американских войск. Конкретных данных о характере и силе обороны противника от союзников мы не получили - трудно сказать почему. Нам пришлось провести боевую разведку, чтобы установить характер обороны противника и определить, проводить ли артиллерийскую подготовку по обнаруженным целям или, если оборона противника окажется недостаточно прочной, сразу же за боевой разведкой ввести сильные передовые отряды, что было возможно, поскольку противник не ожидал здесь нашего наступления.
Вскоре подъехал командующий 13-й армией Н. П. Пухов. Мы вместе дождались результатов боевой разведки. Они были отрадными для нас - сплошной оборонительной линии у противника не было, имелись лишь отдельные узлы сопротивления. Обсудив положение, мы решили, не теряя времени, нанести пятиминутный артиллерийский огневой налет по обнаруженным очагам сопротивления и, не ожидая авиационного удара, атаковать неприятеля сильными передовыми отрядами. Мы считали, что если оборона врага в глубине окажется серьезной, то боем передовых отрядов можно выявить ее характер и силы, если же сопротивление неприятеля удастся сломить сразу на всю тактическую глубину, то тогда без промедления можно ввести в сражение главные силы армий для развития наступления на Прагу. Войска Пухова были в основном на марше.
В передовые отряды были назначены: от 10-го гвардейского танкового корпуса - 63-я гвардейская танковая бригада полковника М. Г. Фомичева, усиленная 72-м гвардейским тяжелым танковым полком майора А. А Дементьева и мотострелками 29-й гвардейской мотострелковой бригады полковника А. И. Ефимова; от 6-го гвардейского механизированного корпуса - 35-я гвардейская механизированная бригада полковника П. Н. Туркина, усиленная артиллерией и корпусным танковым полком. Вскоре подошел передовой отряд от 13-й армии.
Поддерживать наступление должны были истребительная авиадивизия трижды Героя Советского Союза полковника А. И. Покрышкина, штурмовая авиация генерал-лейтенанта В. Г. Рязанова и бомбардировщики генерала Д. Т. Никишина.
В 8 час. утра 6 мая мы находились у себя на наблюдательном пункте. В 8 час. 30 мин. после короткого артиллерийского налета передовые отряды начали атаку. Мы наблюдали, как наши танки (их в обоих передовых отрядах насчитывалось около 150) построились в боевой порядок - углом вперед. Такой порядок построения выгоден в случае внезапного противотанкового огня противника и при наличии минных полей. К тому же такое построение обеспечивало эффективное ведение огня, как фронтального, так и флангового, тогда как боевой порядок в линию позволял вести огонь по существу только перед фронтом и не гарантировал от внезапных сюрпризов.
Смело шли танки, сокрушая врага огнем, броней и гусеницами. На виду у нас пылали вражеские боевые машины и другая техника. Враг оказывал упорное сопротивление. Отдельные группы гитлеровцев сдавались в плен, видимо, они никак не могли сообразить, что же случилось, кто наступает. Американцы? Но почему же тогда они бьют «по-русски»?
Вскоре к нам на НП доставили 4 пленных офицеров с картами, на которых была нанесена обстановка. Стало совершенно ясно, что жесткой обороны у противника здесь нет, как мы и предполагали. Из показаний пленных выяснилось, что командование неприятеля, знавшее, что в этом районе располагаются американские войска, было убеждено, что те наступать не будут. Поэтому атака наших передовых танковых отрядов оказалась для них полной неожиданностью.
В 10 час. 30 мин. я доложил командующему войсками фронта о результатах боя передовых отрядов, стремительно развивавших наступление, кратко изложил данные о характере обороны неприятеля, его поведении и просил разрешения наступать всеми войсками.
В 11 час. 20 мин. к нам на НП прибыли командующий фронтом И. С. Конев и член военного совета фронта генерал-лейтенант К. В. Крайнюков. Убедившись в нашем успехе, командующий фронтом дал указание ввести в бой главные силы армии.
Мне дорога была каждая минута, и я попросил разрешения выехать с оперативной группой вперед, к главным силам, части которых как раз проходили близ нашего НП, а из открытых люков танков доносились возгласы: «Даешь Прагу!».
Примерно через полчаса, уже в пути, мы узнали из радиосообщений, что 5 мая в Праге началось восстание чехословацких патриотов. Ядром восстания явились рабочие коллективы крупных заводов «Шкода-Смихов», «Вальтер», «Авиа», «Микрофон», «Эта», «ЧКД».
Позже стали известны подробности. Повстанцы добились серьезных успехов. Они заняли радиостанцию, почту, телеграф, центральную телефонную станцию, центральные вокзалы, городскую электростанцию, большинство мостов через Влтаву.
По инициативе коммунистов в ночь на 6 мая чешский Национальный совет обратился к жителям столицы с призывом строить баррикады. В течение ночи было воздвигнуто 1600 баррикад. На них сражались около 30 тыс. человек.
Восстание в Праге принимало все большие масштабы. Для его подавления фашистское командование в помощь своему гарнизону бросило танки и самолеты. Немецко-фашистские изверги жестоко расправлялись с населением, не щадя ни женщин, ни детей. Особенно зверствовали эсэсовские части в рабочих районах города. Повстанцы сражались с величайшим мужеством и отвагой.
Важную роль в поддержании стойкости борцов играла вышедшая после шести лет подполья газета «Руде право», где было опубликовано воззвание ЦК КПЧ к коммунистам, в котором говорилось: «Коммунисты! Вчера началось наше непосредственное участие в боях. Докажите, что в открытой борьбе против врага вы будете столь же стойкими, смелыми и находчивыми, как и во время шестилетней жестокой борьбы с извергами гестапо. Будьте всюду лучшими из лучших и славно пронесите к цели свое знамя, пропитанное кровью тысяч своих товарищей. Железная дисциплина большевистской партии и воодушевление братской Красно Армии служат вам ярким примером. Вперед, в последний бой за свободную, народную, демократическую Чехословацкую республику!».
Несмотря на героизм патриотов, восставших в Праге, врагу в течение 6 мая удалось после ожесточенных боев захватить ряд баррикад. Фашисты начали пробиваться к центру города. Наступал кризис восстания.
Из подвала осажденного гитлеровцами здания пражского радио чехословацкий диктор на русском языке взывал о помощи: «Внимание! Внимание! Говорит чешская Прага! Говорит чешская Прага! Большое количество германских танков и авиации нападает в данный момент со всех сторон на наш город. Мы обращаемся с пламенным призывом к героической Красной Армии с просьбой о поддержке. Пришлите нам на помощь танки и самолеты, не дайте погибнуть нашему городу Праге!».
Воины Красной Армии, узнав об обращении по радио чехословацкого народа, с еще большим воодушевлением и энергией стремились как можно быстрее достигнуть Праги и помочь восставшим.
Войска 1-го Украинского фронта наступали с севера и северо-запада. С востока шли соединения 4-го Украинского фронта, а с юго-востока развивал успех 2-й Украинский фронт.
К вечеру 6 мая войска нашей армии, пройдя 50 км, вышли на рубеж Вальдгейм, Зибелен, а передовыми отрядами продвинулись вперед до 65 км, овладели важным железнодорожным узлом - г. Фрейберг. Передовые отряды захватывали узлы дорог, дефиле и перевалы. Они опережали противника, не позволяя ему занять подготовленные для обороны рубежи на германо-чехословацкой границе и оседлать горные перевалы.
7 мая 4-я гвардейская танковая армия продвинулась еще на 50-60 км, до рубежа Фрауэнштейн, Зайда. Вскоре все перевалы через Рудные горы были в наших руках. 10-й гвардейский танковый корпус занял Теплице-Шанов, а 6-й гвардейский механизированный корпус - Духцев.
Противник отступал с боями, цеплялся за каждый выгодный рубеж, устраивал в узких местах, на перевалах и в теснинах завалы и минные заграждения. Саперы генерал-майора М. А. Полуэктова прокладывали путь танкам в горах, покрытых лесами. Чехословацкие друзья показывали нам как лучше обойти препятствия.
Большую трудность представляло преодоление отвесных каменистых склонов, покрытых лесом. Пришлось прибегать к изобретению механиков-водителей: траки на гусеницах через один переворачивали гребнем наружу, тогда зацепление за грунт было надежно обеспечено.
Не могу не привести один любопытный эпизод. Наша оперативная группа оказалась в горном районе, богатом железной рудой. Стрелка компаса показывала куда угодно, только не на север. Чтобы лучше ориентироваться на местности, я взобрался на пограничную вышку. По восточным скатам Рудных гор в предрассветной мгле виднелось много заводских труб. А на карте там значился лес и несколько деревень. Я не на шутку огорчился, подумав, не сбились ли мы со своего направления. Но, к счастью, в этот момент начало всходить солнце. Оказалось, что мы идем правильно, точно на восток, а заводы, как потом выяснилось, были построены гитлеровцами в последние годы. Немецко-фашистское руководство строило здесь свои оборонные предприятия, учитывая, что территорию Чехословакии мы бомбить не будем.
К исходу 7 мая 4-я гвардейская танковая армия главными силами преодолела Рудные горы и уже находилась в 150-160 км северо-западнее Праги. За ними продвигалась 13-я армия. Слева шла 3-я гвардейская танковая армия и другие войска 1-го Украинского фронта. С востока двигались 1-я гвардейская, 38, 60 и 18-я армии 4-го Украинского фронта. С юго-востока развивал успех 2-й Украинский фронт.
Действуя в трудных условиях горной местности, гвардейцы 16-й механизированной бригады Г. М. Щербака утром 8 мая ворвались в г. Мост, имеющий большое военно-промышленное значение. Там был размещен крупный завод по производству синтетического бензина. Бригада уничтожила более 20 вражеских орудий, разгромила фашистский гарнизон и освободила город.
Навстречу советским воинам вышли сотни и тысячи мужчин, женщин, подростков. Это были русские, чехи, поляки, французы, датчане, люди многих других национальностей, которых гитлеровцы угнали из родных мест на каторжные работы.
А мимо нас дальше на Прагу шли бригады нашего 5-го гвардейского механизированного корпуса И. П. Ермакова.

Разгром группы армий «Центр» и освобождение Праги

В ночь на 8 мая 1945 г. 10-я гвардейская механизированная бригада 5-го гвардейского механизированного корпуса под командованием полковника В. Н. Буслаева, действуя в качестве передового отряда, ворвалась в Жатец (60 км северо-западнее Праги). Заметив в полумраке длинную неприятельскую колонну автомашин, командир танкового полка подполковник О. Н. Гребенников с ходу атаковал противника. Вскоре сюда подошли другие бригады 5-го гвардейского механизированного корпуса и завершили дело, начатое Гребенниковым. Как потом выяснилось, это был штаб группы армий «Центр» Шернера, который спешил из Яромержа (100 км северо-восточнее Праги) в Пльзен, чтобы оттуда пробраться на запад.
Вот на этом пути и постигла противника катастрофа. Буквально за несколько минут под ударами танков старшего лейтенанта В. С. Деревянко и лейтенанта С. П. Бедненко, штаб генерал-фельдмаршала Шернера перестал существовать. На улицах Жатеца разыгралось нечто вроде бумажной метели: ветер кружил и раскидывал во все стороны охапки штабных документов. Большинство гитлеровцев сдалось в плен, в их числе 9 генералов. Но многие, как стая испуганных шакалов, пытались спрятаться в подворотнях, на огородах, в канавах и на чердаках. Чехословацкие друзья помогли нам выловить их.
Шернер, как потом стало известно, с адъютантом, владевшим чешским языком, переодевшись в штатскую одежду, успел скрыться, бросив свои войска на произвол судьбы. Вот как сам Шернер рассказывает об этом: «В ночь с 7 на 8 мая мой штаб находился в переброске и утром 8 мая при танковом прорыве русских был полностью уничтожен. С этого времени я потерял управление отходящими войсками. Танковый прорыв был совершенно неожиданным, так как вечером 7 мая фронт еще существовал».
Проплутав 5 дней, Шернер с адъютантом пробрались к американцам и сдались в плен.
Теперь войска Шернера, действовавшие перед 1, 2 и 4-м Украинскими фронтами, оказались без централизованного управления.
Утром 8 мая стало известно, что Германия капитулировала, однако войска Шернера, не признав капитуляции, еще продолжали вести бои. Они пытались пробиться на запад, но, не достигнув своей цели, были уничтожены или пленены нашими войсками.
Хотя 9 мая новый фашистский главарь - Дениц официально дал указание своим войскам «9 мая в 00 часов 00 минут всем видам вооруженных сил, всем театрам военных действий, всем вооруженным организациям и отдельным лицам прекратить боевые действия против прежних противников», но в тот же день для «разъяснения» этого приказа в Пльзен, где, по расчетам Деница, должен был находиться штаб Шернера, уже разгромленный нами в Жатец, направился самолетом офицер генерального штаба полковник Мейер-Детринг. Он имел при себе приказ, в котором предписывалось как можно дольше продолжать борьбу против советских войск, ибо только при этом условии многочисленные части фашистской армии смогут выиграть время для того, чтобы пробиться на запад, к союзникам.
Примерно к 2 час. 30 мин. утра 9 мая нами было получено радиодонесение от передового отряда М. Г. Фомичева о том, что он ворвался в Прагу. Эти сведения подтвердил офицер связи из 10-го гвардейского танкового корпуса капитан М. В. Мишин.
В 3 час. 9 мая передовые части 63-й гвардейской танковой бригады вели бой в центре Праги - у здания генерального штаба. Один батальон бригады, не дав эсэсовцам взорвать заминированный Карлов мост, находился на западном берегу р. Влтавы, а другой батальон выбил гитлеровцев из Пражского кремля.
В 4 час. утра 9 мая в Прагу вошел весь 10-й гвардейский танковый корпус 4-й гвардейской танковой армии. Вместе с ним вошла и 70-я армейская гвардейская самоходно-артиллерийская бригада Н. Ф. Корнюшкина. В Прагу с юго-запада ворвался взвод САУ лейтенанта Кулемина и за ним 72-й гвардейский тяжелый танковый полк А. А. Дементьева. Другие наши корпуса (6-й и 5-й гвардейские механизированные) главными силами тоже вошли в город.
Мы с оперативной группой двигались вместе с 10-м гвардейским танковым корпусом. Из Праги мной было направлено донесение командующему фронтом:
«В 4.00 утра 9.5.45 года 10-й гвардейский танковый корпус зашел в г. Прага и вышел на северо-восточную окраину ее, восточную и юго-восточную окраину. 6-й гвардейский механизированный корпус - на южную и юго-западную окраину г. Прага. 5-й гвардейский механизированный корпус - на западную окраину. Захвачено много пленных и трофеев. Оказавшие сопротивление уничтожены. Связь с повстанцами через бригадного генерала Ведера. Американских войск нет. Соседей нет. Веду разведку в северо-восточной части, в южном направлении. Навожу порядок. Я с оперативной группой на западной окраине Праги. Лелюшенко».

Правообладатель иллюстрации RIA Novosti Image caption Советские войска на улицах Праги

Вторая мировая война в Европе завершилась не в Берлине, а в Праге, ставшей последней столицей на континенте, освобожденной от нацистской оккупации.

Финальная точка была поставлена уже после подписания Акта о безоговорочной капитуляции германских вооруженных сил.

В военные операции вмешалась большая политика. До сих пор продолжаются споры, кто, собственно, освободил Прагу, и следует ли вообще в данном случае говорить об освобождении.

Три соперничавших силы стремились к одному - зазвать в Прагу американцев. Те не приняли подарка, платя Сталину за участие в войне с Японией.

Глубокий тыл

Большую часть Словакии Советская армия заняла в январе 1945 года. От Чехии ее отделял труднопроходимый для танков горный массив Низкие Татры.

Главной целью дальнейшего наступления являлся, естественно, Берлин . В силу объективных политических и географических причин основные события весной 1945 года развернулись севернее, а на территории Чехословакии фронт стабилизировался.

В Центральной и Северной Германии немецкие войска были полностью разгромлены и капитулировали. На юге же, начиная от Дрездена и дальше на восток и юго-восток, немецкие армии под командованием фельдмаршала Шёрнера общей численностью около миллиона человек сохранили боеспособность, организацию, управление и продолжали оказывать упорное сопротивление Из выступления маршала Конева в Праге в первую годовщину освобождения

К началу мая в Чехии находились 900 тысяч военнослужащих вермахта, 1900 танков, около тысячи самолетов и 9700 орудий под командой 52-летнего фельдмаршала Фердинанда Шёрнера - единственного высшего военачальника Третьего рейха, который не закончил военного училища, а начал службу во время Первой мировой войны рядовым солдатом.

Тот был не политик, а военный, придавал первостепенное значение будущему участию СССР в сражениях на Тихом океане и находил установление советского контроля над Восточной Европой справедливым.

24 апреля он получил от начальника советского Генштаба Алексея Антонова телеграмму о намерении занять Прагу и сообщил начальнику штаба американской армии Джорджу Маршаллу, что принял ее к сведению.

Маршалл согласился с Эйзенхауэром, написав ему 28 апреля: "Я не хотел бы рисковать американскими жизнями во имя чисто политических целей. Чехословакия должна быть очищена от немецких частей, и при этом мы должны сотрудничать с русскими".

"Я не попытаюсь предпринять ни одного шага, который посчитаю неразумным с военной точки зрения, лишь для достижения неких политических выгод, разве что получил бы в этом смысле конкретный приказ", - ответил Эйзенхауэр на следующий день.

25 апреля Черчилль информировал британский комитет начальников штабов о том, что Эйзенхауэр "никогда не планировал идти в Чехословакию" и "никогда не рассматривал Прагу как военную, а тем более политическую цель".

Продвинуться на восток так далеко, насколько удастся, требовали два человека: Черчилль, которого послевоенное будущее Европы волновало намного больше, чем война с Японией, и неудержимый лихой вояка Джордж Паттон.

Черчилль, ранее предлагавший Рузвельту занять Берлин, 30 апреля высказался и по поводу Праги.

Я приказал своим силам не переходить линию Ческе Будейовице - Пльзень - Карловы Вары. Полагаю, что советские войска смогут быстро перейти в наступление и разгромить противника в центре страны Телеграмма Дуайта Эйзенхауэра Алексею Антонову 6 мая 1945 года

"Несомненно, что освобождение Праги и большей части западной Чехословакии вашими силами могло бы изменить послевоенную ситуацию в этой стране и оказать влияние на другие страны. Напротив, если западные союзники не сыграют заметной роли в освобождении Чехословакии, эта страна может пойти тем же путем, что и Югославия", - написал он Трумэну.

Паттон первым среди американских политиков и высокопоставленных военных публично заговорил о советской угрозе и прославился сказанными вскоре после капитуляции Германии словами, что, мол, раз уж мы сорвали наших парней с места и отправили сражаться за океан, надо было заодно и Москву взять.

Однако к Черчиллю в Вашингтоне мало прислушивались, а над Паттоном имелось начальство повыше.

5 мая он выдвинулся в направлении Праги, заняв Пльзень, но Эйзенхауэр, получив телеграмму от Антонова, вновь приказал подчиненному остановиться. От чешской столицы войска Паттона в тот момент отделяли 70 километров.

Неожиданная помощь

Таким образом, восставшая Прага оказалась без поддержки и под угрозой расправы. Группировка Шёрнера в любом случае доживала последние дни, но решали часы.

В этих условиях заявила о себе еще одна сила: 1-я дивизия Русской освободительной армии генерала Сергея Буняченко, находившаяся в районе селения Рокицаны к юго-западу от Праги.

Гитлер, с его патологическим отвращением к славянам, санкционировал создание РОА лишь 23 ноября 1944 года. К моменту окончания войны она насчитывала около 45 тысяч личного состава и состояла из трех дивизий, но 3-я существовала лишь на бумаге, а 2-я находилась в стадии формирования.

По имеющимся данным, власовцев пригласил в Прагу для борьбы с немцами член ЧНС, руководитель организации бывших чехословацких военнослужащих "Бартош" генерал Кутлвашр, который до захвата Чехословакии нацистами командовал дивизией, а затем служил гражданским чиновником в пражском магистрате. Посланец Кутлвашра капитан Рендл встретился с Буняченко 3 мая.

Андрей Власов в спасение уже не верил и находился в тяжелой депрессии, но Буняченко загорелся идеей.

"Генерал Буняченко хотел оказать союзникам услугу, которая могла бы потом увеличить шансы власовцев остаться на Западе", - писал в книге "Прага в мае 45-го" чешский историк Станислав Кокошка.

Учитывая настроение солдат и офицеров дивизии, генерал Буняченко был уверен, что, находясь в центре развивающихся в Чехословакии событий, дивизии невозможно будет оставаться безучастной. Если командование организованно не поведет ее в бой на стороне чехов, то люди сами стихийно вольются в эту борьбу Вячеслав Артемьев, командир 2-го полка 1-й дивизии РОА

"Буняченко руководствовался стремлением спасти жизни своих подчиненных. Союз с чешскими повстанцами-антифашистами, совместное с ними изгнание немцев из Праги могли открыть выход из трагического и смертельно опасного тупика", - отмечает российский исследователь Кирилл Александров.

В 05:30 6 мая Чешское радио передало открытым текстом: "Офицеры и солдаты армии Власова! Мы верим, что вы на последнем этапе борьбы против немецких захватчиков, как русские люди и советские граждане, поддержите восставшую Прагу".

Дивизия Буняченко числом около 16 тысяч человек вошла в город тремя колоннами и атаковала немецкие батареи, готовившиеся обстреливать центр Праги.

В течение дня власовцы выбили немцев из большинства кварталов и заняли аэродром Рузине, куда, по их мнению, должны были приземлиться самолеты с американским десантом. Около пятисот немцев сдались им в плен в районе Лобровицовской площади.

У Буняченко зародилась надежда: если Прагу займут американцы, то все военнослужащие власовских войск смогут получить политическое убежище в Чехословакии Кирилл Александров, российский историк

По требованию Буняченко Чешское радио передало сообщение, что "героическая армия Власова" освобождает город от немцев. На танках и грузовиках РОА красовались надписи: "Смерть Гитлеру! Смерть Сталину!".

По требованию коммунистов ЧНС выступил с новым обращением: "Солдаты так называемой армии Власова! Вас организовали для борьбы против своей Советской власти. Вы решились вовремя повернуть оружие против нацистов, против врагов своей родины. Мы приветствуем это ваше решение. Бейте нацистов так, как пражане, как их била славная Красная Армия!".

Жители приветствовали "русских освободителей" цветами и овациями: как писали впоследствии в СССР и ЧССР, не поняли, что происходит.

На самом деле, все всё отлично понимали. "И немцам, и власовцам, и чехам - всем хотелось, чтобы Прагу заняли американцы", - пишет российский историк Владимир Бешанов.

Отступление

Однако утром 8 мая в штаб Шёрнера прибыли американские парламентеры и заявили, что их армия освобождать Прагу не будет. Встретились они и с власовскими представителями, которым передали то же самое.

Буняченко приказал своим людям срочно выдвигаться на запад. Туда же побежали и немцы, еще несколько часов назад с ними сражавшиеся.

Шёрнер предъявил ЧНС ультиматум: выпустить его войска из города без боя. Требование было принято. Соответствующее соглашение Кутлварш и германский комендант Праги генерал Тоуссен подписали в 16:00 8 мая.

"Это непохожее на безусловную капитуляцию соглашение прежде оценивалось как "военная и политическая ошибка". Но надо иметь в виду, что пражане почти не имели оружия, а немцы были отлично вооружены и готовы драться до последнего. Повстанцы также не имели точных данных о передвижении частей Советской армии. Поэтому с точки зрения здравого смысла желание избежать напрасного кровопролития и разрушения Праги является вполне понятным", - пишет российский историк Валентина Марьина.

Мы видели, как коммунисты пользуются благосклонностью и покровительством советских войск для того, чтобы оказаться в освобожденных городах раньше, чем другие политики. Их целью было получить преимущество перед остальными при организации новой политической жизни Прокоп Дртина, министр юстиции в правительстве Эдуарда Бенеша

В 1949 году коммунистические власти ЧССР объявили руководителей Национального совета изменниками. "Командир восстания" Яромир Неханский был расстрелян, заместитель председателя совета видный коммунист Йозеф Смрковский и генерал Кутлварш получили длительные тюремные сроки, и вышли на свободу только в 1960 году.

Некоторое время Кутлварш содержался в одном лагере с генералом Тоуссеном, впоследствии дожил век, работая сторожем на пивном заводе. В новой Чехии ему посмертно присвоили звание генерала армии.

Смрковского восстановили в партии, и он стал видным деятелем "пражской весны" 1968 года.

Председателя совета 69-летнего профессора Альберта Пражака не тронули, но лишили возможности заниматься наукой и общественной деятельностью.

Финал

К утру 9 мая танки Рыбалко и Лелюшенко подошли к Праге с северо-запада, втрое превысив темп движения, заданный в приказе Конева. Пражская операция считается в военной истории классическим примером удачного использования крупных механизированных соединений. Следом с юга и востока подоспели части 2-го и 4-го Украинских фронтов, в том числе 1-я отдельная чехословацкая танковая бригада.

Наш город был спасен от гибели и разрушения и вырван из лап нацистов прежде всего героической Красной армией. Дорогие братья-славяне! Беспримерный героизм и несравненное самопожертвование советских солдат в этой страшной мировой войне вошли в историю. Но не только в историю - они вошли также в сердца всех жителей Праги и всего чехословацкого народа Из выступления мэра Праги Петра Зенкла в мае 1945 года

Первым в город вошел головной дозор 63-й гвардейской Челябинской танковой бригады 1-го Украинского фронта из трех танков под командованием младшего лейтенанта Леонида Буракова.

Маршал Конев стал почетным гражданином Праги. Именем командира танка лейтенанта Ивана Гончаренко, погибшего от взрыва фаустпатрона в районе Манесова моста, была названа улица.

Общие потери Советской армии в ходе Пражской операции составили 11997 убитых и 40501 раненого, а также 373 танка, 1006 орудий и 80 самолетов.

Непосредственно в городе пали около 500 солдат и офицеров, похороненных на Ольшанском кладбище.

За время Пражского восстания 5-8 мая погибли более 1500 чехов, примерно тысяча немцев и около 300 власовцев.

С утра 9 мая немецкое отступление превратилось в беспорядочное бегство. Около 860 тысяч солдат и офицеров группировки Шёрнера попали в советский плен, поскольку американцы закрыли перед ними фронт.

Шёрнер 9 мая бросил армию, сел в самолет и приземлился на территории, контролируемой американцами, но после допроса был выдан СССР. Особое совещание при МГБ приговорило его к 25 годам лагерей. В январе 1955 года Шёрнер был отпущен в ФРГ, где отбыл срок за жестокости в отношении немецких солдат, и умер в 1973 году последним из гитлеровских фельдмаршалов.

Вечером 9 мая остатки элитных дивизий СС "Райх" и "Валленштайн" под командой обергруппенфюрера Фридриха фон Пюклер-Бургхауса подошли к разделительной линии между советскими и американскими войсками в районе деревни Сливице.

После того, как американцы отказались принять их капитуляцию, эсэсовцы окопались.

Они первым делом зашли в госпиталь, где были солдаты Власова. Некоторых застрелили прямо в кроватях, остальных привезли сюда, выкопали яму, тех, кто не мог ходить, бросили туда и расстреляли. А тех раненых, кто мог ходить, подводили вон к той стене, расстреливали, и потом в общую могилу бросили их тела Ян Биллик, смотритель Ольшанского кладбища

12 мая там состоялся последний бой Второй мировой войны в Европе, в котором атакующие советские части поддерживала американская артиллерия. Около тысячи эсэсовцев были убиты, свыше шести тысяч сдались в плен, Пюклер-Бургхаус застрелился.

187 раненых власовцев, оставленных в пражских госпиталях, были немедленно убиты. Всего, по данным немецкого историка Йозефа Хофманна, победители в течение нескольких дней расстреляли в Праге и ее окрестностях без суда и следствия около 600 военнослужащих РОА.

Генералы Жиленков, Малышкин, Буняченко и Мальцев добрались до американцев, но были переданы СССР и 1 августа 1946 года повешены во дворе Бутырской тюрьмы вместе с Власовым и Трухиным.

Сначала планировалось провести над ними публичный процесс в Доме Союзов. Но 26 апреля 1946 года министр госбезопасности Виктор Абакумов и председатель Военной коллегии Верховного суда Василий Ульрих обратились к Сталину с просьбой "дело предателей заслушать в закрытом судебном заседании в связи с возможностью изложения подсудимыми на открытом процессе антисоветских взглядов, которые объективно могут совпадать с настроениями определенной части населения".

Вчера был в Праге. Город находится в хорошем состоянии и почти не имеет разрушений Из донесения маршала Конева Сталину 12 мая 1945 года

Отступление вермахта сопровождалось стихийными расправами чехов над безоружными судетскими немцами. Около 200 тысяч гражданского населения бежали в Германию и Австрию, остальные вскоре были организованно выселены в американскую и британскую оккупационные зоны по указанию президента Бенеша.

Классическая версия событий, принятая в СССР и ЧССР, гласит, что Советская армия, осуществив блестящую операцию, спасла Прагу от уничтожения войсками Шёрнера. Многие современные чешские историки утверждают, что к моменту ее появления немцы и так покидали город, так что спасать и освобождать было некого.